Тайна Полтергейста стр. 129
парней и девушек, пришедших в Зону, чтобы решить материальные и психологические проблемы, найти убежище или развеяться, выжить или просто провести какое-то время, испытывая острые ощущения. Ты впервые держишь оружие в руке, с удивлением чувствуя его реальную тяжесть, вдыхая его непривычный запах, познавая цвет масляных и пороховых пятен на коже и щемящий зуд предвкушения, возникающий под кожей. Смотришь в недоверчивые глаза торговца, ловишь настороженные взгляды конкурирующих бродяг, слушаешь неуверенные пожелания тех, кто тоже собрался уходить в рейд, и усталые, чуть насмешливые реплики тех, кто уже вернулся.
Затем ты забрасываешь за спину рюкзак, всё ещё сетуя на то, что лекарства и патроны стоят так дорого. В последний раз призадумываешься, не взять ли напарника, но не решаешься доверить чужому человеку свою спину. И ты идёшь в дорогу, дальнюю настолько, насколько далеко простираются твои амбиции. Ты начинаешь жалеть о своём решении после первой же царапины, ножевого пореза, потрепавшей тебя аномалии — если оказался удачен настолько, чтобы выжить. И, катаясь по земле от приступа боли или паники, ты всё же находишь в себе силы, чтобы самостоятельно сделать первую перевязку, проклиная отправившего тебя на смерть заказчика. Дрожащими пальцами со сломанными ногтями подбираешь с земли рассыпанные патроны, аккуратно складывая их в отдельный мешочек. Срываешь с пояса гранату и выдёргиваешь чеку с единственной мыслью — что одним броском ты урезал свой бюджет на стоимость одной гранаты. Тратишь потом и кровью заработанный артефакт на собственное спасение. А в душе лишь безмолвный вопль и самые светлые воспоминания о доме и первой любви.
Затем, приползя в бар, ты снова слушаешь те же разговоры, анекдоты, игру на гитаре. Пьёшь водку, закуриваешь сигарету. Смотришь на первые деньги, заработанные в Зоне. И до тебя начинает доходить, что торговцам было бы гораздо выгоднее бесплатно засыпать тебя лекарствами по самую шею и оттягивать твои карманы патронами — но почему-то они этого не делают. И тебя вдруг осеняет прозрение… Ты понимаешь, что они спасли тебе жизнь. Именно тем, что не упаковали в герметичный бронебойный костюм и не вручили новейший ствол.
Потому что этим от Зоны не спасёшься. Ведь спасает не костюм, не ствол и не отсутствие потенциально опасного напарника. На самом деле спасает лишь неистовое желание жить, которое рождается, когда ты валяешься в грязи с порванным рюкзаком, из которого выглядывают полторы аптечки, и с заедающим обрезом в окровавленных руках, когда на два ствола есть лишь три патрона. Понимаешь, что никакой шлем из авиационных материалов с пуленепробиваемым стеклом не защитит тебя так, как защищают пот и кровь, стекающие
на глаза.
И в тебе — выжившем и вернувшемся в бар, чтобы по праву закурить сигарету и хлопнуть сто грамм заработанной водки, — в тебе нарастает неведомое ранее ощущение тепла и уюта, сопровождаемое восторгом. Ты понимаешь, что это ощущение больше никуда не исчезнет и никакие кошмары Зоны не смогут его отобрать у тебя. И ты снова отправляешься в ходку, но уже в компании малознакомого человека, который боится тебя не меньше, чем ты его. И, вернувшись в Бар, вы уже оба смеётесь, выпиваете и курите, обсуждая яркие моменты рейда и радуясь тому, что их вообще есть с кем обсудить.
Вы вернулись