Тайна прошлогоднего снега стр. 35
с червями… Когда я начала рассказывать про отрубленные пальцы, затрезвонил дверной звонок.
— Кто-то в дверь звонит, — сообщила я Во-лодьке.
— Ни в коем случае не открывай!
— Да я только гляну — кто. Подожди секундочку…
И я взяла дистанционку. Да, совсем забыла вам сказать, что входная дверь в мастерскую Смертолюбовой была оборудована скрытой камерой, которая позволяла видеть все, что происходит на площадке. А просмотр осуществлялся с телевизора. В общем, я включила телик.
И кого же я увидела на лестничной площадке?.. Не старайтесь угадать — все равно не угадаете.
Полковника Молодцова по прозвищу Супер-опер!
Глава VIII
ЭКСПРЕСС-РАССЛЕДОВАНИЯ, ИЛИ ПАДЕНИЕ В БЕЗДНУ
Последний раз я видела Суперопера на крыше питерского ФСБ, где он, проспорив мне спор, кукарекал — ку-ка-ре-ку-у… ку-ка-ре-ку-у… ку-ка-ре-ку-у-у… ну и так далее, сто раз подряд. С тех пор он ни капельки не изменился — тот же острый, пронизывающий насквозь взгляд, та же потертая кожаная куртка, под левой подмышкой — та же кобура с именной «игрушкой»: «Григорию Молодцову — мастеру силового задержания». Впрочем, «игрушку», то есть пушку, я, конечно же, не видела под мышкой, но точно знала, что она там — Суперопер ни на секунду не расставался со своим верным другом «Макаровым» 45-го калибра.
Григорий Евграфыч Молодцов был одним из лучших сыщиков России, да чего уж там «одним из лучших» — самым лучшим! И чего уж там «России» — всего мира! Недаром его прозвали Суперопер! Он распутывал запутанные преступления, как бантики на подарочных коробочках, и щелкал загадочные делишки, как орешки.
Пожалуй, только майор Гвоздь, начальник Особого отдела по борьбе с нечистой силой, мог соперничать с полковником Молодцовым, начальником Ударной бригады по борьбе с бандитизмом. Петр Трофимыч Гвоздь тоже щелкал всяческие загадочные делишки, как орешки и развязывал запутанные преступления, как бантики. Правда, эти делишки и преступления были иного рода, чем у Суперопера. Молодцов занимался вполне земным криминалом, а Гвоздь — инфернальным, то есть потусторонним.
Понятно, что нечисть всех рангов и мастей ненавидела майора Гвоздя всеми силами своей нечистой души и всячески пыталась его убрать со своего пути. Но выходило наоборот — это майор Гвоздь ее убирал, хоть выглядел, в отличие от Суперопера, совсем не суперменом — маленький, кругленький, похожий на колобок, но только с усами.
Впрочем, сорри, сейчас речь не о Петре Трофимыче, а о Григории Евграфыче.
Итак, на лестничной площадке стоял Суперопер.
Я открыла дверь, а рот так и не успела открыть. Потому что Молодцов меня опередил.
— Эмма, быстро уходим, — коротко сказал он.
— А…
— Никаких «а».
— Но…
— Никаких «но».
И не успела я глазом моргнуть, как мы уже мчались на милицейской тачке и на сумасшедшей скорости — с мигающей мигалкой и орущей оралкой — ВАУ-ВАУ-ВАУ — проскакивая перекрестки на красный свет.
— Григорий Евграфыч, а куда мы мчимся?
— В аэропорт.
На той же сумасшедшей скорости мы буквально влетели в самолет. А самолет тут же взлетел. И полетел… полетел… полетел…
— Григорий Евграфыч, а куда мы летим?
— В Штаты.
— Куда-а? — не верила я своим ушам.
— В Америку.
Ну и жизнь у меня пошла, не соскучишься. То одно, то