Библиотека

Тайна прошлогоднего снега стр. 35

Размер шрифта
-
+
Тема

с червями… Когда я нача­ла рассказывать про отрубленные пальцы, затрез­вонил дверной звонок.

— Кто-то в дверь звонит, — сообщила я Во-лодьке.

— Ни в коем случае не открывай!

— Да я только гляну — кто. Подожди секун­дочку…

И я взяла дистанционку. Да, совсем забыла вам сказать, что входная дверь в мастерскую Смертолюбовой была оборудована скрытой каме­рой, которая позволяла видеть все, что происхо­дит на площадке. А просмотр осуществлялся с телевизора. В общем, я включила телик.

И кого же я увидела на лестничной площад­ке?.. Не старайтесь угадать — все равно не уга­даете.

Полковника Молодцова по прозвищу Супер-опер!

Глава VIII

ЭКСПРЕСС-РАССЛЕДОВАНИЯ, ИЛИ ПАДЕНИЕ В БЕЗДНУ

Последний раз я видела Суперопера на кры­ше питерского ФСБ, где он, проспорив мне спор, кукарекал — ку-ка-ре-ку-у… ку-ка-ре-ку-у… ку-ка-ре-ку-у-у… ну и так далее, сто раз подряд. С тех пор он ни капельки не изме­нился — тот же острый, пронизывающий на­сквозь взгляд, та же потертая кожаная куртка, под левой подмышкой — та же кобура с именной «игрушкой»: «Григорию Молодцову — мастеру силового задержания». Впрочем, «игрушку», то есть пушку, я, конечно же, не видела под мыш­кой, но точно знала, что она там — Суперопер ни на секунду не расставался со своим верным другом «Макаровым» 45-го калибра.

Григорий Евграфыч Молодцов был одним из лучших сыщиков России, да чего уж там «одним из лучших» — самым лучшим! И чего уж там «России» — всего мира! Недаром его прозвали Суперопер! Он распутывал запутанные преступ­ления, как бантики на подарочных коробочках, и щелкал загадочные делишки, как орешки.

Пожалуй, только майор Гвоздь, начальник Особого отдела по борьбе с нечистой силой, мог соперничать с полковником Молодцовым, начальником Ударной бригады по борьбе с банди­тизмом. Петр Трофимыч Гвоздь тоже щелкал всяческие загадочные делишки, как орешки и развязывал запутанные преступления, как банти­ки. Правда, эти делишки и преступления были иного рода, чем у Суперопера. Молодцов зани­мался вполне земным криминалом, а Гвоздь — инфернальным, то есть потусторонним.

Понятно, что нечисть всех рангов и мастей ненавидела майора Гвоздя всеми силами своей нечистой души и всячески пыталась его убрать со своего пути. Но выходило наоборот — это майор Гвоздь ее убирал, хоть выглядел, в отличие от Суперопера, совсем не суперменом — малень­кий, кругленький, похожий на колобок, но толь­ко с усами.

Впрочем, сорри, сейчас речь не о Петре Трофимыче, а о Григории Евграфыче.

Итак, на лестничной площадке стоял Супер­опер.

Я открыла дверь, а рот так и не успела от­крыть. Потому что Молодцов меня опередил.

— Эмма, быстро уходим, — коротко сказал он.

— А…

— Никаких «а».

— Но…

— Никаких «но».

И не успела я глазом моргнуть, как мы уже мчались на милицейской тачке и на сумасшед­шей скорости — с мигающей мигалкой и орущей оралкой — ВАУ-ВАУ-ВАУ — проскакивая пере­крестки на красный свет.

— Григорий Евграфыч, а куда мы мчимся?

— В аэропорт.

На той же сумасшедшей скорости мы бук­вально влетели в самолет. А самолет тут же взле­тел. И полетел… полетел… полетел…

— Григорий Евграфыч, а куда мы летим?

— В Штаты.

— Куда-а? — не верила я своим ушам.

— В Америку.

Ну и жизнь у меня пошла, не соскучишься. То одно, то

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.