Библиотека

Тайна 'Тускароры' стр. 20

Размер шрифта
-
+
Тема

ж ты упрям! - сердито перебил Анкудинов. Ты прости, что я так запросто... Хоть ты теперь и академик, а учил тебя я... Значит, мне можно... Законсервировал бы я твою "Тускарору" на несколько лет. Ну, хотя бы до того времени, пока удастся сконструировать надежный донный вездеход. Ведь она нужна прежде всего как база таких вездеходов.

- Задачи, стоящие перед "Тускаророй", гораздо шире, - возразил Волин. Нам необходимы непрерывные донные наблюдения...

- Ну и веди их на здоровье с батискафов.

- Разве это заменит?

- А разве можно гробить людей! Ты не обольщайся, дорогой. Хоть тебя и назначили председателем комиссии, ответ перед ученым советом института и перед президиумом Академии тебе держать... А там у тебя "приятелей" - не дай боже. Вот подожди, еще Дымов приедет с симпозиума, так он и дыму, и жару добавит. Я бы этого типа вообще в институте не держал, а он - на тебе - выскочил в начальники первой в мире глубоководной станции.

- Дымов - растущий ученый, способный океанолог. Молодой, энтузиаст своего дела...

- А человек?

- У каждого из нас свои недостатки, Иван Иванович!

- Верно, ангелов в природе не бывает. Но недостатки недостаткам рознь... Дымов нехороший человек, Роберт. А нехороший человек не может быть хорошим ученым. Вот так...

- Вы слишком строги к людям.

- Мне можно... Людей на своем веку насмотрелся... Разных... Хорошее от плохого умею отличать. И этого твоего Дымова еще со студенческой скамьи заприметил. Никогда не забуду, как он у меня отметку на экзамене выпрашивал. Что у него в билете было, конечно, не помню, а отвечал он вокруг да около. Язык-то у него уже тогда был подвешен неплохо. Ударился в философствование, слова не дает вставить. Я копнул поглубже - пустота... Кончил он отвечать, я ему и говорю: "Кое-что вы, молодой человек, конечно, знаете, но больше тройки поставить не могу". Он меня за

рукав: "Иван Иваныч, это недоразумение. Я все знаю; билет неудачный попался. Спросите еще, пожалуйста. Я отличник, повышенную стипендию получаю". Что поделаешь? Стал спрашивать еще. Он опять вокруг да около, а как до существа дойдет, чувствую, плавает. Долго я с ним промучился... В конце концов говорю: "Ладно, четверку вам поставлю, но, имейте в виду, с натяжкой". Так он, наглец, опять меня за рукав хвать: "Не ставьте четверку в зачетку. Без повышенной стипендии останусь. Я не могу. У меня мама, у меня тетя... Разрешите, завтра еще раз приду". И чуть не плачет. А мне, понимаешь, и противно, и, вроде, жалость какая-то. Дело это вскоре после войны было. Многим трудно жилось. Может, думаю, у парня семья большая. Выскочил на повышенную стипендию, а я ему все испорчу. Полистал его зачетку. Вижу, одни пятерки. Эх, думаю, от одного балла не рассыплется здание науки. Черт с ним!.. Поставлю пять. Пусть получает свою повышенную стипендию. И поставил... Он поблагодарил этак вежливо и пошел. А потом разговорился я как-то в столовой с одним из преподавателей: оказывается, Дымов и у того пятерку выпросил. Каков делец!

- Иван Иванович, экзамен всегда - лотерея. Кому как повезет. Мне, например, на первом экзамене вы тоже четверку вкатили. А я материал знал.

-

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.