Тайна украденной рукописи стр. 114
сейчас сюда придет, – начала вдохновенно врать Маша.
– Так поздно? – проявил недоверие дядя Сережа.
– Ну да, – подтвердил Дима. – У нас что-то с газом. Котел плохо греет.
Старый кровельщик хмыкнул и двинулся к выходу. Анна Константиновна всегда внушала ему опасение.
– Может, лучше пойдем к вам котел проверять? – в последней надежде обернулся кровельщик уже возле самой двери.
– Нет, нет, дядя Сережа, – поспешно отверг предложение Дима. – Бабушка до завтра никаких мастеров не хочет.
После этого кровельщик их наконец покинул.
– Ну, ты даешь, – хлопнул Командор по плечу Диму.
– Чем неожиданнее, тем лучше, – был очень горд собой тот.
– А я уж его и так и сяк… Ни в какую не хотел уходить, – пожаловался Командор. – Дернуло же меня в прошлый раз ему признаться, что один сейчас тут живу. Теперь давайте скорей. У нас уже времени в обрез.
Облачившись в одежды Петькиных бабки и деда, друзья зашагали по направлению к кладбищу.
– Фонарик у меня с собой, – объяснял на ходу Командор. – Но зажигать его понапрасну не будем. Иначе они нас точно заметят.
Они поравнялись со сторожкой Степаныча.
– Пригнемся? – посмотрел на темные окна Дима.
– Незачем, – отверг излишние предосторожности Командор. – Степаныч уже третий сон видит.
Миновав границу поселка, ребята прошли вперед до дамбы старого пруда князей Барских. Пруд был огромный. По берегам росли плакучие ивы. Теперь, с по-зимнему оголенными ветвями они выглядели особенно уныло. Ходила легенда, что эти меланхолические деревья велел в конце прошлого века тут посадить один из владельцев имения, после того как дочь его утопилась в пруду от несчастной любви.
Дамба кончилась. Друзья свернули налево и пошли вдоль пруда. По правую руку тянулась деревня Борки. Дальше дорога вела к станции Задоры, не доходя до которой надо было еще раз свернуть налево и добираться по старому тракту до развалин усадьбы Барских.
– Ну и местечко! – первым ступил на тракт Дима.
– Ты всегда это именно тут говоришь, – ответила Маша.
Летом они сюда несколько раз попадали ночью. Тогда им тоже было не по себе. Однако зимой оказалось еще тоскливей. Теперь, когда деревня осталась позади, они брели в полной тьме. Время от времени со стороны замерзшего пруда доносились какие-то стонуще-булькающие звуки. От них мороз подирал по коже. Впереди чернели развалины усадьбы. Дальше виднелась часовня.
– Да шевелитесь вы! – уже нервничал Петька. – Иначе до конца света туда не дойдем.
– Туда дойдем, – мрачно произнес Дима.
Никто ему не ответил. Говорить не хотелось. Вот и усадьба позади. Одолев почти бегом старый парк и часовню, друзья проскользнули в ворота кладбища.
– Там что-то светится! – застыл вдруг на месте Дима.
– Где? – вздрогнули остальные.
– Т-там, – ткнул пальцем мальчик в сторону одной из могил.
Ребята вгляделись. За оградой в темноте чернели очертания высокого памятника.
– Мало ли что, – попробовал отшутиться Петька. – Показалось на…
Он не договорил. Теперь все увидели: возле памятника мелькнул огонек и разом исчез.
– Блуждающие огни, – прошептала Настя.
– Какие еще там блуждающие? – передернуло Диму. – Они ведь только на болотах.
На кладбищах тоже бывают, – ответила рыжая девочка. – Покойники иногда по ночам тоскуют по друзьям или родственникам. И тогда посылают им вроде в виде огней сигналы с того света.
– А тех, кто рядом, они утащить не могут? – забеспокоился Дима.
– Мистики говорят, что могут, – ответил