Тайна украденной рукописи стр. 39
возразил Петька. – А кроме того… – вдруг блеснули у него глаза от новой догадки. – Откуда мы знаем, – заерзал он в кресле. – Могло же быть так. Даниил выпрашивает бумаги у Ковровой-Водкиной. Она ни в какую. Вроде бы из ее слов Даниилу известно, что бумаги Вадима Леонардовича хранятся в шкатулке. Даниил Французский шкатулку уводит. А там – ничего интересного.
– Или вместо записок второго незабвенного мужа лежат записки первого, – зашелся от смеха Дима.
Гостиную моментально сотряс взрыв хохота. Первый муж Ковровой-Водкиной писал под псевдонимом Аполлон Парнасский мистические труды, посвященные общению с духами и тонкими мирами. Потом его книги были запрещены. Уже глубоким старцем он женился на совсем юной Наталье Владимировне и вскоре после этого умер. Коврова-Водкина очень высоко его ставила и называла не иначе как «мой несчастный Аполлинарий».
– Воображаю, как Даниил обрадовался, если нашел в шкатулке вместо медицинского открытия какое-нибудь оккультное произведение «несчастного Аполлинария»! – уже икал от смеха Петька.
Некоторое время друзья не могли уняться. Затем Командор, тяжело отдуваясь, сказал:
– Если в шкатулке ничего не оказалось, Даниил Французский может запросто пошуровать по друзьям покойного. Ну, например, ему пришло в голову, что Вадим Леонардович какие-то из своих записей передал вашему деду. Они ведь все время общались. Хотя… – задумался мальчик. – В таком случае Даниил Французский должен был вчера у вас совершить ограбление. А следы на чердаке явно не первой свежести. Думаю, он скорее действовал в поисках бумаг параллельно. Хотя это и не исключает, что в шкатулке Ковровой-Водкиной ничего нужного Даниилу не оказалось.
– Тогда он может и на другие дачи полезть, – тихо проговорила Маша. – У Вадима Леонардовича тут было много друзей.
– Или вновь заберется к Ковровой-Водкиной, – подхватил Командор. – Понимаете, если он вообще на кражу пошел, значит, надеется найти для себя что-то очень важное. А это уже серьезно. Раз он так упорствует, то и перед убийством в случае чего не остановится.
– Может, тогда вообще ну его на фиг? – побледнел Дима.
Остальным тоже сделалось не по себе.
– Надеюсь, до этого не дойдет, – поспешил успокоить их Командор. – Но надо быть начеку. Тем более, если это открытие Водкина пахнет большими деньгами.
– Что делать-то дальше будем? – посмотрели на него ребята.
Петька взглянул на часы.
– Обед в три? – осведомился он у Димы и Маши.
– Естественно, как всегда, – подтвердила девочка. – Наша бабушка изменяет старым привычкам только в случае стихийного бедствия.
– Значит, в нашем распоряжении еще есть два часа, – подвел итог Петька. – Сходим-ка мы, пожалуй, с Настей к Ковровой-Водкиной.
– А мы? – возмутились близнецы.
– Думаю, нам всей гурьбой туда сейчас являться не стоит, – принялся им объяснять Командор. – У старухи, когда она в большом обществе, вечно внимание рассеивается и она дурить начинает. А мне необходимо, чтобы Коврова-Водкина вспомнила, кто к ней заходил перед Новым годом.
Петька умолк и покосился ехидно на Диму и Машу.
– Вы не расстраивайтесь. Я вам тоже скучать не дам.
– Я всякой ерундой заниматься не буду, – обиженно пробубнил Дима.
– А я ерунду и не предлагаю, – хлопнул его по плечу Петька. – Вам надо где-нибудь затаиться возле волковской дачи. Последите-ка, кто к этому Даниилу Французскому ходит?
– Давно мы ни за кем не следили! – загорелись глаза у Маши.
– Опять по кустам шляться, – поморщился Дима.
– Ничего, – ободрил его