Библиотека

Тайна зеленого «БМВ» стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

дом в Переелавле-Залеском.

– А чем он колоритный? – заинтересовался Игорь.

– Сам увидишь, – хорошо помнила Маша эксцентричного Павла Петровича.

– Сам так сам, – не стал настаивать Игорь.

Никуда не сворачивая с шоссе, они вдруг очутились в деревянном городе.

– Вот это да! – воскликнула Настя.

– Ярославское шоссе является главной улицей Переславля-Залесского, – начал очередную экскурсионную лекцию Владислав Андреевич. – Город основан в 1152 году князем Юрием Долгоруким и раньше носил название Переяславль. Был одним из укрепленных пунктов, защищавших границы Ростово-Суздальского княжества…

– Слушай, ты, укрепленный пункт! – завопил Валерий Петрович. – Сбавил бы скорость не много. Нам где-то тут завернуть надо-то ли направо, то ли налево.

– Как это так? – притормозил папа Игоря.

– Я точно не знаю, где находится дом Павла Петровича, – признался Петькин отец. – Мне дети его объяснили, но смутно.

– А сколько этому вашему Даморину лет? – спросил у ребят Игорь.

– За восемьдесят, – ответила Маша. – Но энергии и подвижности на всех нас хватит.

– Вроде бы в каком-то переулке недалеко от монастыря, – не слишком уверенно говорил Валерий Петрович.

– Исчерпывающее объяснение, – с большим сарказмом ответил ему Владислав Андреевич. – Лучше бы про Переславль послушали. – Он никак не мог смириться с тем, что его познавательные лекции не пользовались успехом у спутников.

– Давайте спросим! – заметила Маша на тротуаре женщину с хозяйственной сумкой.

– Валерий Петрович ее окликнул.

– Не подскажете, где-то тут поблизости дом художника Даморина?

– У нас тут этих художников, – пренебрежительно отмахнулась женщина, – как собак нерезаных.

– Вы его наверняка видели. Такой небольшой, – не сдавался Петькин отец.

– А-а! – понимающе закивала женщина. – Старик такой рыжий? Бешеный?

– Да, да, – обрадовался Валерий Петрович. – Небольшого роста.

– Маленький, да удаленький, – фыркнула женщина.

– Я вижу, что ваш Даморин действительно яркая личность, – обратился Игорь к друзьям.

– Уж яркости ему, точно не занимать, – подтвердил Петька.

– Он что, и впрямь рыжий? – удивилась Настя. – Неужели в такие годы не поседел?

– В молодости был рыжий, а теперь крашеный, – объяснила Маша.

Женщина с сумкой тем временем объясняла мужчинам дорогу.

– Свернете, значит, налево. Потом еще раз налево. Там будет большой дом. Да вы его сразу узнаете. По виду в нем будто лет десять уже никто не живет. Вот как раз там ваш Даморин и есть.

Обрисовала женщина все на редкость точно. Проехав по указанному маршруту, путешественники остановились перед двухэтажным домом с каменным цоколем и бревенчатым вторым этажом.

Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, в сколь плачевном состоянии пребывает это жилище. Давно не крашенный деревянный забор покосился, а местами вовсе рухнул. Одни лишь ворота стояли на диво прямо и прочно. На них даже висел мощный замок, что особенно восхитило пятерых друзей.

– Типичная картина российской жизни, – сказал Игорь. – Вокруг путь свободен, хоть на танке въезжай, но ворота обязательно заперты.

– Чаще всего возле таких вот ворот еще сторож сидит, – подхватила Настя.

– Они вылезли из машины:

– Вы ко мне? – услышали путешественники резкий скрипучий голос.

– К вам! – крикнул Валерий Петрович. – Ну совершенно не изменился, – пригляделся он к человеку, бегущему навстречу.

– О-о! – воскликнул хозяин дома, подбежав с поистине молодой прытью к воротам.

Ростом он был не больше полутора метров. Голова с выкрашенными хной волосами смахивала на шляпку гриба подосиновика.

– Валера! – с разбега повис он на шее у Петькиного отца.

Тот выдержал натиск.

Повисев с минуту на Валерии Петровиче, Даморин переключился на Владислава Андреевича. Пнув его с силой по-дружески в грудь, а затем изрядно похлопав по плечам, академик живописи вдруг пытливо уставился ему в глаза и с большим подозрением полюбопытствовал:

– А ты, собственно, кто такой?

– Это мой друг. Мы все вместе к вам, – поторопился с объяснениями Петькин папа.

– О! Друг! – проскрипел художник, после чего Владислав Андреевич был немедленно одарен бурным троекратным поцелуем.

– Однако, – совершенно сбили с толку Владислава Андреевича резкие эмоциональные переходы хозяина.

Павел Петрович в это время уже обрабатывал Арнольдика, который после каждого из дружеских похлопываний лишь чудом умудрялся сохранять равновесие. Натешившись вволю над жертвой, Даморин с уверенностью изрек:

– Лицо мне твое незнакомо. Ты чей?

– Ковровой-Водкиной, – виновато пролепетал Арнольдик.

– Наташин муж? – воскликнул художник Даморин. – Моя Диана! Ты женат на богине!

Ребята, спрятавшись за автобусом, дали волю смеху.

– Нам бабушка как-то рассказывала, – поделилась Маша. – У Даморина в молодости был бурный роман с Ковровой-Водкиной.

– Во время Коврова или во время Водкина? – заинтересовалась Настя.

– В промежутке, – внесла ясность Маша.

– Коврова-Водкина будет, пожалуй, на голову Даморина выше, – деловито проговорил Игорь.

– Им это вроде не помешало, – прыснула Маша. – А за высокий рост Даморин ее и прозвал своей Дианой-охотницей.

Тут до друзей донеслось лепетание Арнольдика, объяснявшего, что он, собственно говоря, женат не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.