Тайная спальня стр. 30
несчастье, — прошептала Кэтрин, словно раскрывая давно хранимый секрет. — Всю мою жизнь, с самого рождения я была их порочной тайной.
— Но почему? Что ты сделала?
— Что я сделала?! — рассмеялась Кэтрин горьким смехом, который быстро смолк.
Ее лицо потемнело.
— Я родилась. Вот что я сделала. Я родилась, когда они еще не были женаты.
— Ясно, — тихо сказала Леа.
— Вот так я стала их порочной тайной. Они заперли меня здесь, в этой комнате. Они всю жизнь держали меня взаперти, словно в тюрьме. Они боялись, что кто-нибудь может узнать обо мне и тогда от их драгоценной репутации ничего не останется.
Лицо Кэтрин потускнело, превратившись в неясный контур над воротником блузки. Когда она вновь появилась, ее горящие глаза впились в Леа.
— Представь себе весь этот ужас! Всю свою жизнь я провела в четырех стенах, под низким потолком. Эта комната стала моей тюрьмой! Моей клеткой! Представь мои мучения! И вся моя вина заключалась лишь в том, что я родилась на свет!
Они были злые, — громко продолжала она, — и настолько жестокие, что держали своего ребенка как животное в клетке.
Кэтрин замолкла и вздохнула. Ее глаза были влажными, руки судорожно вцепились в колени.
— Я пыталась бежать, — вновь заговорила она. — Составила план, месяцами старалась открыть замок. Но я не знала,
что находится по другую сторону двери. Я никогда не видела внешнего мира. По до меня доносились звуки оттуда. Стук копыт, шум колес проезжающих экипажей. Я слышала голоса родителей и их знакомых внизу. Я понимала, что мир больше моей маленькой комнаты. Я должна была бежать
_ Что было дальше? — спросила Леа, захваченная этой трагической историей
— Родители поймали меня, когда я выходила из дома. Я сопротивлялась. Они меня убили
Ее голос вновь стал ровным, безжизненным Глаза погасли, лицо потемнело.
— Они убили меня и принесли обратно в эту комнату, в мою тюрьму, в мою клетку. И эта клетка стала моей гробницей.
Леа отвернулась, уставившись на свечу. Было невыносимо видеть на лице этого несчастного, всеми преданного ребенка выражение беспросветного отчаяния.
Они помолчали. Потом Кэтрин вновь заговорила:
Мне пришлось примириться с мыслью, что я больше не живая, что я теперь не из плоти и крови, всего лишь дух, отражение себя прежней. Смотри, я могу исчезнуть.
Кэтрин потускнела, превратившись в дым, который бесследно рассеялся.
— А теперь я могу появиться и выглядеть лучше, чем любое живое существо, — раздался голос из пустоты, и несколько секунд спустя появилась и сама Кэтрин.
Она становилась все ярче и ярче, и наконец ее золотистые волосы засверкали таким ослепительным светом, что Леа прикрыла глаза ладонью.
Кэтрин рассмеялась, но смех ее был горьким.
— Лишь одно мне недоступно. Я не могу покинуть эту комнату.
Леа резко вскочила на ноги, словно очнувшись
— Нет! Я не верю! Ничему не верю! — закричала она обращаясь скорее к себе, чем к Кэтрин. — Всего этого нет! Не существует!
Кэтрин тоже была теперь на ногах. «Она почти на голову ниже меня», — машинально отметила про себя Леа.
— Ты должна верить мне, — настаивало привидение. — Должна!
— Нет. Прости. Мне надо идти, — быстро заговорила Леа, чувствуя, как изнутри поднимается парализующий волю и тело ужас. — Извини. Все это не может происходить наяву.
Она повернулась к открытой двери.