Тайны Руси стр. 31
Смородиной.
А в спину Юрию Долгорукому смотрит мраморный Ленин.
Прошли торжества, всем, кому положено, раздали памятную медаль, на которой лицо Долгорукого было изображено в профиль, благо ни портретов, ни фотографий от него не сохранилось.
Мальчиком меня папа возил вечером по Москве, всюду гремели оркестры, сверкали фейерверки, окна домов, еще недавно закрытые черными шторами светомаскировки, горели, как на карнавале. Народ гулял по ярко освещенной улице Горького и Красной площади. Было очень весело.
Но я помню, как уже тогда меня смутил один простой вопрос:
– А куда приезжал Юрий Долгорукий в 1147 году?
– Как куда? - Мама поразилась моей тупости. - Конечно же в Москву!
– Так что же он основал?
– Ну, когда он приехал, - мама пыталась втолковать мне простые истины, - там была крепость, деревня, незначительное место. А он построил дворец.
У мамы было богатое воображение, но я ей не поверил.
И теперь понимаю, что поступил правильно.
Когда я научился толком читать и даже полюбил исторические книги, то смог узнать кое-что об основателе нашей столицы. Постепенно тайна основания Москвы стала приобретать новые очертания.
Всю жизнь Юрий Долгорукий бился за престол в Киеве. И чего только не натворил в своей гордыне и жестокости! Причем ради личных интересов шел на любые подлости и часто выступал вместе со смертельными врагами Руси - половцами. Русские летописи подробно описывают войны князей, в которых Юрий проявил себя человеком подлым и жестоким. И хоть до вторжения монголов еще оставалось несколько десятилетий, ясно, что при ожесточенности свар и войн внутри Руси страна, полностью разоренная и обескровленная, не смогла бы противостоять сильному врагу. Достойным наследником Юрия Долгорукого был и его сын Андрей по прозвищу Боголюбский. Прозвище это было дано не народной памятью, а льстивыми придворными. Ведь во времена, когда не было не только телевизора, но и газет, летописи становились главным идеологическим оружием - их исправляли, подчищали, переделывали, и постепенно процент правды в них сходил к нулю. А при Иване Грозном были созданы колоссальные труды - Лицевой Летописный свод и Степенная книга, целью которых было создание истории заново в таком виде, в каком ее хотел видеть царь.
Тут на сцену выходит Степан Кучка, феодал, боярин, вассал Долгорукого, глава могучего рода, который мог поспорить богатством и знатностью с самим князем.
Одно из сел Степана Кучки лежало на берегу реки Смородины и звалось Москвой.
Там стояла усадьба боярина.
И вот что пишет о дальнейших событиях историк Татищев, который основывал свою «Историю» на ряде утерянных впоследствии летописей: «Юрий, хотя и имел княгиню, любви достойную, и
ее любил, но при том многих жен подданных навещал и с ними более, нежели с княгинею, веселился… чем многие вельможи его оскорблялись… Между всеми полюбовницами жена тысяцкого суздальского Кучка наиболее им владела…»
Боярин Кучка решил спасти свою семью.
Времена были древние, диковатые, даже ЗАГСов еще не придумали, а местный священник, надо понимать, не привык спорить с боярами и князьями.
Так что никто не стал спорить, когда Кучка посадил свою жену в домашнюю темницу, вернее всего, в чулан.
Детали никому не известны. Летописи сообщают только о событиях, не о их деталях.
Но из этих скупых сведений становится ясно, что ни о