Тайные общества Черной Африки стр. 83
было. Масумпа отказывался от плана урегулирования, который предлагал губернатор колонии сэр Херкьюлес Робинсон. Тем не менее развязка пришла совершенно неожиданно, и 13 сентября до Кейптауна дошла новость о том, что Масумпа принял предложение капских властей. «Странным в этом сне было то, что он приснился до того, как король или кто-либо из нас узнал о капитуляции Масумпы», — записал Сэмюэлсон.
Среди драматических эпизодов англо-зулусской войны была и часто описываемая смерть Луи Наполеона, сына Наполеона III, которого называли «имперским принцем», возможного будущего короля Франции. Он отправился в разведку с офицером и шестью солдатами, но зулусы застали их врасплох, и принц был смертельно ранен, когда пытался сесть на лошадь. У. Т. Стел, ярый спиритуалист, всегда считал, что всю эту трагедию увидела в кристалле императрица Евгения задолго до того, как се сын даже решил отправиться в Южную Африку.
Гибель транспорта для перевозки войск «Менди» в Ла-Манше во время Второй мировой войны часто приводят в качестве примера того, как новости распространяются среди туземцев при помощи телепатии. Он затонул после столкновения, и сотни черных южно-африканцев (направлявшихся во Францию в качестве рабочих на военных объектах) утонули. Некоторое время эта трагедия хранилась в тайне, пока не был составлен полный список погибших, и лишь затем генерал Бота сделал первое заявление в южноафриканском парламенте. Согласно часто публиковавшейся в печати легенде, множество женщин-банту предчувствовали табель своих мужей и оплакивали задолго до того, как появилось официальное сообщение о трагедии.
Ученый, исследующий телепатию, совершенно справедливо потребует несколько свидетельства людей, на которых можно положиться, с указанием даты и точного времени, подробный отчет человека, узнавшего о трагедии, находясь за тысячи миль от того места, где она произошла. Я могу привести несколько менее сенсационных случаев, рассказанных мне наблюдавшим их человеком, вызывавшим у меня полное доверие.
— Это было 12 апреля 1912 года, когда мой друг майор П. К. Лоренс сидел в засаде на льва неподалеку от казарм аскари
(солдаты-туземцы в колониальных войсках) в Порт-Херальде в Ньясаленде, — продолжает рассказ Л. Грин. — Как только протрубили «отбой», майор Лоренс уложил льва. На следующий день Лоренс встречал поезд из Блантайра. Из него вышел знакомый ему плантатор и заметил: «Я слышал, вы убили отличного льва прошедшей ночью, господин Лоренс». Изумленный майор подробно расспросил плантатора, и гот заявил, что его слуга-африканец сообщил эту новость ему до того, как поезд ушел со станции Блантайра ранним утром.
Блантайр расположен в ста десяти милях от Порт-Херальда, а после того как телеграфная контора на станции Порт-Херальд закрывалась в пять вечера, никаких обычных средств связи между двумя этими пунктами не существовало. Майор Лоренс тут же спросил начальника станции индийца и убедился, что телеграфная контора была закрыта и заперта в обычное время. Плантатор спросил своего слугу, как он узнал про льва, но слуга всего лишь пожал плечами и ответил: «Я просто знаю, бвапа».
Еще один случай майора Лоренса произошел во время рождественских праздников 1912 года, когда его часть была расквартирована в Зомбе, административном центре Ньясаленда. Он отправился с приятелем к холмам Нкулу в двадцати милях к северу от Зомбы на охоту.
«Мы вышли в пять утра, и, чтобы избежать несчастного случая, я со своим охотником-туземцем направился на восток,