Так сказала бабушка стр. 335
поступить.
– А в чем проблема? – выдавил из себя Романов.
– В безопасности. Где гарантия, что вы, получив деньги, не растрезвоните о найденных мной алмазах? Поэтому я решил положиться на случай, и вот… как видите, он не подвел – представился. Так что давайте забирайте свои деньги, обещайте, что никому не расскажете об их источнике, и возвращайтесь к себе в город.
Покачав головой из стороны в сторону, Романов сказал: нет.
– Почему?
– Не могу. На них кровь деда Михея.
– Я вам еще раз повторяю, – повысил голос Степан. – Он сам убил себя!
– Нет.
Над площадью нависла тишина. Десять пар глаз были направлены на Василия Романова, и каждая из них, казалось, мысленно уговаривала взять деньги.
– Значит, нет? – переспросил Степан.
– Нет.
– Хорошо.
Подняв с земли сумку, Степан поставил ее у ног Игоря.
– Ты следующий наследник бабы Дуси. Деньги твои.
Опустив голову, Игорь молчал.
– Будешь брать?
Игорь молчал.
– Будешь?!
Игорь молчал.
– Послушайте! Мне ведь скоро надоест вас уговаривать.
– Игорек, бери! – крикнул, будто камень швырнул в него, дед Соломатин.
– Бери, идиот! – закричала баба Вера. – Не будь лохом!
Игорь повернулся лицом к отцу. По его щекам текли слезы.
– Папа, извини меня. Я не могу…
– Чего, сынок?
– Я не могу не взять их…
– Почему?
Игорь кулаком вытер мокрую щеку. Судорожно вздохнул и сказал, что мама еще не говорила ему, но он знает – слышал телефонный разговор, – что отчим собирается уходить от них.
– И как мы тогда будем жить? Что есть, на что одеваться?
– Но это неправильно, сынок.
– Я понимаю… А ты сможешь нас содержать? Сможешь? Скажи да, и я пойду, положу эти деньги на могилу деда Михея. Сможешь?
Романов покачал головой из стороны в сторону. Обнял Игоря за плечо и, прижав к себе, сказал, что все понимает.
– Ты уже взрослый… так что делай как считаешь нужным.
– А ты не будешь меня презирать? Нет?
– Нет. Только учти: эти деньги счастья вам не принесут.
– Одни только деньги еще никому не принесли счастья, – сказал Степан. – Уж вы поверьте мне, не единожды миллионеру.
С этими словами он поднял с земли сумку. Передал Борису Аркадьевичу и велел отнести к «Нексии».
Борис Аркадьевич покорно взял. Повесил за лямку на плечо и потащился в горку вслед за медленно покидавшими площадь Романовыми.
Подойдя к дому, Борис Аркадьевич окликнул их:
– Василий Сергеевич! Игорь!
Романов-старший обернулся.
– Василий Сергеевич! Я должен вам все объяснить…
– Не надо.
– Нет, надо! Послушайте меня! Когда Евдокия Никитишна умерла, я остался один: больной, без денег, без еды, без одежды. И тогда все эти люди, – при слове «люди» старик махнул рукой в сторону площади, – мне помогли. Вспахали огород, поделились семенами, привезли дрова. А когда пришла первая партия денег, выделили из доли Евдокии Никитишны весьма приличную сумму для того, чтоб я подправил вашу избу и себя прокормил, пока пенсию не перевел. Ну как, скажите, после этого я мог ответить им неблагодарностью?.. Так что не обижайтесь на меня Христа ради за то, что был для вас чужим среди своих. Я иначе не мог.
– Я понимаю, – ответил Романов-старший. – Они, должно быть, по-своему, неплохие люди.
– Они сволочи! – сказал Игорь.
– Сволочи? – удивился отец. – То есть сволоченный в кучу мусор? Ты это имеешь в