Там стр. 4
любопытно. Столько всяких версий существует! Есть теория «выхода из тюрьмы». Будто все мы на самом деле обитатели другого мира, который гораздо лучше нашего. А Земля это тюрьма, и мы сюда помещены за преступления. В зависимости от тяжести содеянного сроки у всех разные, но максимальный сто лет. Кто умирает в младенчестве, это мелкие хулиганы, кому дали типа пятнадцать суток. В тюрьме есть разные зоны. Общий режим это развитые страны. Строгий это как у нас. Особый это как в Африке. Отсидел свое, помираешь и возвращаешься на волю.
— Прикольно, — сказал мальчик.
— Другая теория называется «Пробуждение». Будто земная жизнь это такое сновидение. У кого кошмарное, у кого более или менее приятное. Насильственная смерть это когда спящему в ухо крикнули или грубо растолкали. Естественная, от старости, это когда мирно продрых до утра и спокойно проснулся. К теории сна примыкает теория комы. Ну, что ты сейчас находишься в коме и тебя посещают всякие фантомные видения, которые и есть земная жизнь. А смерть это ты выходишь из комы, к тебе возвращается сознание… В общем, на эту тему много чего напридумано.
Анну понесло, не остановишь.
— Лично мне было бы интересно, если бы после смерти мы становились звездами. Ведь откуда-то рождаются все время новые звезды? Для этого требуется вброс энергии. Что если смерть и есть такая энергетическая трансмутация? Если душа была мощной, возникает новое солнце. Если хилая, то какой-нибудь мелкий астероид. Небесных тел во Вселенной столько, сколько жило и умерло людей. Это мое личное открытие.
Всю эту чушь Анна выдавала экспромтом. С ней такое бывало. Особенно после четвертого джина с тоником.
— Помнишь, как у Бродского? — взмахнула она рукой с длинными сиреневыми ногтями. — «А скоро, как говорят, я сниму погоны и стану просто одной звездой. Я буду сиять в небесах лейтенантом неба…» Не помнишь?
Анна расстроилась. Перед глазами все плыло и покачивалось. Чтобы разглядеть табличку на груди бармена, пришлось сощуриться и придвинуть дужку очков ближе к переносице.
Влад Гурко / Vlad GurkoБармен / Barman— Влад? Что за имя? Владимир, что ли?
0.2ВЛАД ГУРКОбармен, 21 год— Владислав, — сказал Влад. — «Влад» это чтоб «Славой» не звали. Отстойное имя «Слава». Особенно с фамилией Гýрко.
В школе у него была кличка сначала Огурок, потом Окурок.
Дамочка наморщила нос, очки сползли с переносицы.
— Все вы теперь Влады, Максы да Сэмы. Владислав красивое имя. Особенно в сочетании с такой фамилией. Только не Гýрко, а Гуркó. Древний шляхетский род. Был такой генерал-фельдмаршал Иосиф Гурко. Герой Балканской войны.
Вот теперь Влад понял, кто она. Из институтских преподов. По тону слышно. А муж бизнесмен или какой-нибудь шишак. У тетеньки в жизни все ровняк, по прикиду видно. Среди баб-преподов немало таких, кто не ради зарплаты тужится, а просто любит это дело. Чем плохо? Трындишь себе, а все слушают, и никто не пикни.
Он сам годик в институте поучился. Чего-то не поперло. Бросил.
С точки зрения родителей он лузер. Но это мы еще будем поглядеть.
Последний дар пэрентов блудному сыну — финансировали откос от военкомата. Исполнили родительский долг. За это им респект. За то, что забили на сынулю и оставили в покое — двойной. А чему и как учиться, он как-нибудь