Танцующая для дракона. Звезды падают в небо стр. 50
вами было очень классно работать.
Что?!
— Без преувеличения классно. В силу специфики профессии… — последнее его слово было отмечено нервным смешком гаффера, — …сменил бесчисленное множество коллективов, но ни в одном не чувствовал себя настолько круто, как с вами.
Он что, реально прощается?!
Ладно, я понимаю, что бить людей так часто нельзя, но кое-что в стиле: «Чтоб тебя дракон всосал через зад», — можно было бы от души пожелать.
— Сделайте крутой фильм. Я знаю, вы это можете.
А?
Когда Гроу вскинул руку с большим пальцем вверх, по площадке пронесся вздох, а во мне, наоборот, закончился воздух. Я моргнула, когда он прошел мимо меня (просто прошел, не сказав ни слова!). Несколько мгновений смотрела, как он идет к выходу, а потом бросилась за ним.
Не остановил меня ни Единичка, попытавшийся перехватить за запястье, ни окрик Гайера за спиной:
— Эсса Ладэ!
Поскольку Гроу ходил быстро, догнала я его уже чуть ли не на выходе из павильона. К счастью, потому что мне жизненно необходимо было заглянуть ему в глаза и увидеть в них… Увидеть в них что?
— Возвращайся на площадку, Танни. — Сейчас в его взгляде не было ничего, кроме холодной сосредоточенности.
— Нет. — Я покачала головой, с трудом сдерживая смешок. — Нет. Ты с ума сошел?!
Коснулась его руки.
— Возвращайся на площадку. — Гроу чуть повысил голос, зрачки дернулись в вертикаль. — Если не хочешь устроить Гайеру двойной праздник. Ты — Ильеррская, и это должно так и остаться.
— Я твоя Ильеррская! — выдохнула я.
— Ильеррская никогда не была чьей-то.
— Джерман…
— Танни. Поговорим дома.
Он отцепил мои пальцы от своего рукава и… просто вышел за дверь. Я смотрела на эту самую дверь, не в силах поверить в случившееся. Когда меня вышибли из «Хайлайн» (по милости Гайера, к слову), я пребывала в состоянии среднестатистического очешуения. Сейчас же я готова была вцепиться Гайеру в глотку, и он очень не вовремя о себе напомнил.
— Эсса Ладэ, вам напомнить условия контракта?
Я сжала кулаки и широким шагом направилась к нему, но меня перехватил Единичка. Рванулась, но Рон не отпустил, напротив, жестко посмотрел мне в глаза.
— Танни. Если ты сейчас устроишь скандал, из этого вытряхнут все возможное и невозможное, чтобы его окончательно уничтожить.
Ну, конечно.
Привязка.
— Рэйнар скажет, что это невозможно. Сегодня. В прямом эфире.
— И ты думаешь, в это так просто поверят? После налета? После всего?
Я глубоко вздохнула.
— Поняла.
— Поняла?
— Да, Рон. Поняла. Отпусти.
Единичка разжал пальцы, и я шагнула вперед.
Все ближе и ближе к съемочной площадке, ближе и ближе к реальности Ильеррской, которая казалась мне такой долгожданной, а теперь… превратилась непонятно во что.
Не глядя на Гайера, потому что руки все еще чесались, но я обещала. Дело было не только в обещании, я прекрасно понимала, что вальцгард прав. В сложившихся обстоятельствах меня не просто заклеймят невменяемостью, но еще и добавят Гроу за то, что «подсадил» меня на себя настолько, что готова бросить роль, нарваться на неустойку, да еще и вцепилась генеральному менеджеру в генеральную лысину и сняла с него скальп.
— Мы и так здорово отстаем, — выступивший вперед мужчина, полностью седой, но тем не менее стильный, шагнул вперед. — Поэтому сейчас закончим то, что намечено на