Библиотека

Танец отражений. Память стр. 597

Размер шрифта
-
+
Тема

Как возвращался всякий раз после маленьких смертей с переломанными руками, ногами. Его тело покрыто паутиной шрамов с головы до пят. И так снова, снова и снова. «Сколько раз тебе приходилось умирать, чтобы доказать, что ты не трус, сколько боли перенести, чтобы дойти до цели?»

Айвен прав. Он всегда находит способ преодолеть стену. Майлз проиграл в уме весь возможный сценарий. Допустим, его вылечат, здесь ли, на Комарре или Эскобаре — не важно где. Предположим, он улетит, и СБ решит не предпринимать попыток убить предателя-фора, и они придут к молчаливому соглашению игнорировать друг друга. И он станет лишь адмиралом Нейсмитом.

И что потом?

«Я встречу огонь. И взберусь на эту стену».

И что потом?

«Я сделаю это снова».

И что дальше?

«И снова».

А дальше?

«Логически невозможно доказать невозможное. Я устал бороться со стенами».

Нет. Ему не нужно ни принимать огонь, ни избегать его. Если огонь встанет у него на пути, он с ним договорится. И это не трусость, черт подери, что бы это ни было.

«Так почему же я до сих пор не занялся своей головой?»

Майлз потер лицо, сел и попробовал еще раз сочинить удобоваримый отчет о своем новом гражданском статусе для графа-адмирала и его жены, женщины, к которой его

отец обычно обращался «милый капитан». Послание получилось очень напряженным и злым, еще хуже, чем поздравление Марка, но Майлз не хотел больше тянуть. Он отправил запись.

Но не по лучевой связи. Длинным маршрутом, обычной почтой, хоть и с пометкой «личное». По крайней мере сообщение ушло и он не может его вернуть.

Куин тоже прислала поздравление с днем рождения, очень аккуратно составленное, чтобы не слишком развлекать цензоров СБ. За кажущейся небрежностью скрывалось сильное беспокойство. Второй ее запрос выражал обеспокоенность в более открытой форме.

С огромной неохотой он состряпал для Куин укороченную версию послания родителям, отбросив известные ей подробности, изложив лишь результат, который она ему и предсказывала. Куин заслуживала большего, но на большее он в настоящий момент не был способен. Молчания она тоже не заслуживала.

«Прости, Элли».

На следующий день к ужину пожаловал Айвен. Майлз опасался, что ему придется выдержать очередной бой по поводу своих медицинских проблем, которые он, предположительно, никак не хочет решить, но Айвен лишь принес букет цветов матушке Кости и все время, пока она готовила, отирался на кухне, всячески смеша ее, до тех пор, пока она его не выгнала. К тому моменту Майлз начал опасаться, что кузен ведет кампанию по переманиванию его кухарки, хотя и не мог точно определить, действует ли Айвен от себя или по поручению леди Элис.

Они уже почти доели десерт — на сей раз по персональной просьбе Айвена был изготовлен пряный пирог с персиками, — когда трапезу прервал сигнал комма. Точнее, сообщение о вызове.

— Там какой-то хмурый тип из СБ вас вызывает, лорд Форкосиган, — сказал Мартин, ввалившись в гостиную.

«Иллиан? С чего это Иллиану меня вызывать?»

Но когда он подошел к ближайшему комм-пульту — а по пятам за ним следовал весьма заинтригованный Айвен, — то обнаружил, что с экрана смотрит хмурое лицо Дува Галени.

— Ты мерзкий проклятый сводник, — прошипел вместо приветствия Галени.

— Привет, Дув. Что стряслось? — невинно спросил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.