Танец отражений. Память стр. 685
помнишь ли ты хоть что-нибудь о том периоде, когда образцы доставили в штаб-квартиру во время последней облавы на комаррских заговорщиков.
Иллиан потер лоб.
— Это… почти ничего. Конечно, я помню заговор Сера Галена. Был ужасный переполох, когда мы узнали о существовании лорда Марка. Графиня тогда очень расстроилась, увезла твоего отца развеяться. Я помню твой доклад с Земли. Своего рода литературный шедевр. Приключение в Четвертом секторе, когда ты переломал себе обе руки… это было сразу после, верно?
— Да. Но кто-то ведь докладывал тебе о прокариоте. Я понимаю, почему ты мог не пожелать посмотреть на него лично.
— Да, кто-то доложил. — Иллиан выпустил руку леди Элис и сжал кулак. — Несомненно, они сообщили мне все подробности. И я, несомненно, записал все там, где всегда записывал подробности. Но теперь там ничего не осталось.
Леди Элис сердито поглядела на Майлза. Интересно, он-то в чем виноват?
— Кто должен был делать тебе доклад? — не отставал Майлз.
— Генерал Даймент, наверное. Он возглавлял департамент по делам Комарры до Аллегре, ты должен его помнить. Умер через два года после выхода в отставку, бедняга. Майлз, я действительно не могу… Я бы наверняка все вспомнил, если бы оно было здесь! — Он раздраженно сжал себе голову. Леди Элис снова завладела его рукой и нежно ее погладила.
— А у твоего приятеля капитана Галени нет никаких предположений? — уже более спокойно спросил Иллиан. — У него должен быть какой-то внутренний след. В конце концов, это ведь был заговор его отца.
Майлз горько улыбнулся.
Глаза Иллиана сузились.
— Ты прекрасно понимаешь, что он непременно окажется в малом списке.
— Да.
— Ты сказал Гарошу?
— Нет.
— Почему?
— Зачем? Дува проверят вместе с остальными. К тому же… я и так наделал ему достаточно гадостей.
— Предвзятое отношение, милорд Аудитор?
— Ты сам прекрасно знаешь Галени.
— Не так хорошо, как ты.
— Вот именно. И в данном случае я вовсе не отношусь предвзято. Я сужу по характеру человека. Ищу
мотивы, если хочешь.
— М-м-м… — протянул Иллиан. — Последи-ка лучше за своими мотивами, старина.
— Да-да, я знаю. Я должен не только быть нейтральным, но и казаться таковым. Ты сам меня этому научил, — со злостью добавил он. — Причем таким способом, что я вряд ли его когда-нибудь забуду.
— Я? Когда?
— Не важно. — Майлз потер переносицу. Он не только выдохся, от усталости у него разболелась голова. Пора спать, иначе он не сможет работать.
— Ладно, — вздохнул он. — Последнее. Ты не помнишь, за последние четыре месяца тебе никто не давал маленькую коричневую капсулу?
— Нет.
— Не хватает двух. Он мог принять одну сам, вместе с тобой.
«Кто бы это ни был».
— Нет. — Иллиан говорил более уверенно, чем обычно. — За последние тридцать лет я не принял ни одного лекарства, кроме тех, что мне давал мой личный врач собственноручно.
Гарош предполагает существование заговора.
— Это мог быть и твой личный врач. Это маленькую коричневую капсулу я пытаюсь отследить.
Иллиан покачал головой.
Майлз встал, вежливо распрощался и поплелся спать.
Проснулся он далеко за полдень и битых полчаса пытался снова уснуть. Безуспешно. Отчаявшись, он встал и связался по комму с Гарошем. Аналитики еще не подготовили доклад. Звонок Уэдделлу в клинику — в ответ сердитое рычание по поводу перерыва и обещание в скором времени