Танец отражений. Память стр. 837
вспыхнул.
— Мой долг перед Иллианом — это нечто среднее между родственным долгом и долгом перед вассалом… А я в настоящий момент — единственный Форкосиган на Барраяре. Поэтому это как… нет, это и есть моя обязанность.
— Форкосиганы всегда отличались верностью, — согласился Грегор.
— Давай согласимся на том, что это своего рода привычка.
Грегор вздохнул:
— Конечно, я буду тебя информировать.
— Каждый день? Я знаю, Гарош будет представлять тебе бюллетени ежедневно, на утреннем совещании.
— Да, Иллиан и мой утренний кофе обычно прибывали одновременно. А иногда, когда он приходил лично, то приносил мне кофе собственноручно. Мне всегда казалось, что это вежливое указание «Сядь и слушай внимательно».
— Иллиан есть Иллиан, — ухмыльнулся Майлз. — Так договорились, каждый день?
— Ой, ну хорошо. Слушай, мне нужно идти.
— Спасибо, Грегор.
Император отключился.
Майлз сел, почти довольный результатом. Нужно дать людям время, и пусть все идет своим чередом. Он вспомнил безмятежный совет, данный им Галени насчет интуиции и доказательств. Его собственный демон интуиции может убираться обратно — Майлз представил, как засовывает в коробку крошечного Нейсмита и закрывает замки. И вообразил еле слышные удары и вопли, доносящиеся изнутри… «Я стал лучшим агентом Иллиана отнюдь не потому, что следовал правилам тщательнее всех». Но еще чертовски рано говорить «что-то неправильно на этой картинке», даже думать об этом вслух.
Служба безопасности заботится о своих. Всегда. И он вовсе не намерен снова делать из себя дурака. Будем ждать.
Глава 15Медленно прошла неделя. Сначала краткие ежедневные сведения, получаемые от Грегора по комму, вполне удовлетворяли Майлза, но с каждой последующей сводкой о состоянии Иллиана, подтверждающей отсутствие какого-либо прогресса, осторожность Службы безопасности начала казаться Майлзу уж слишком замораживающей. Он пожаловался Грегору.
— Вечно ты торопишься, Майлз, — укорил его Грегор. — Послушать тебя, так ничто не идет достаточно быстро.
— Иллиан не должен дожидаться врачей. Другие, может, и должны, но только не он. Они что, еще вообще никаких выводов не сделали?
— Это не кровоизлияние в мозг.
— То, что это не кровоизлияние, выяснили в первый же день. Так что же это? Как насчет чипа?
— Вроде бы есть некоторые подтверждения поломки или разрушения чипа.
— Это мы тоже уже предположили. Какого рода? Когда? Каким образом? Почему? Какого черта они там делают все это время?
— Они все еще изучают возможности других неврологических проблем. И психологических. Похоже, это не так просто.
— Идею психоза я отметаю, — угрюмо буркнул Майлз. — Этот чип сидит у него в голове слишком долго, чтобы подобная вещь могла возникнуть.
— Ну… похоже, в этом-то все и дело. Иллиан носил это дополнение в своей голове дольше, чем любой другой человек. Так что сравнивать просто не с чем. Он сам — точка отсчета. Никто не знает, что происходит с человеком, носящим в течение тридцати пяти лет чип эйдетической памяти. Возможно, мы это и выясним.
— И все же я полагаю, что нам стоит пошевеливаться.
— Они делают все, что могут, Майлз. Так что тебе придется просто ждать, как и всем нам.
— Ну да, ну да…
Грегор отключился. Майлз невидящими глазами смотрел на опустевший экран. Проблема со сводками в том, что содержащиеся в них сведения весьма туманны. А главное всегда в подробностях, в необработанных данных. Именно мелкие детали и питают демона