Танец отражений. Память стр. 956
Майлзом Нейсмитом.
Она покачала головой. А, отказ. Точно, отказ.
— В тебе всегда было что-то, до чего я никогда не могла добраться. — Ее голос звенел от боли.
— Знаю. Я годами пытался изгнать из себя лорда Форкосигана. И не смог, даже ради тебя. Ты не можешь выбрать часть меня, Элли. Я либо все, либо ничего.
— Ты можешь быть чем тебе угодно, Майлз, и где угодно!
Он мрачно усмехнулся:
— Нет. Я обнаружил, что во многом ограничен. — Теперь уже он сжал ее ладони. — А ты, возможно, можешь выбирать. Поедем на Барраяр, Элли, и будь… Отчаянно несчастлива со мной?
Она рассмеялась:
— Это что, еще большая откровенность?
— На длинном пути другого не дано. А я думаю об очень длинном пути.
— Майлз, я не могу. То есть твой дом очень красивый для планеты, но там, внизу, такая тоска!
— Ты можешь сделать это менее тоскливым.
— Я не могу… не могу быть тем, что ты хочешь. Не могу быть твоей леди Форкосиган.
Майлз отвел взгляд, потом снова посмотрел на нее и раскрыл руки.
— Я могу дать тебе все, что у меня есть. Я не могу дать меньше.
— Но взамен ты хочешь всю меня. Адмирал Куин сгорела, а из пепла возникла… леди Форкосиган. Возрождение — не мое амплуа, Майлз. Это по твоей части. — Она беспомощно покачала головой. — Уезжай со мной.
— Останься со мной.
«Любовь побеждает не все». Наблюдая за ее внутренней борьбой, Майлз вдруг понял, что испытывал генерал Гарош. Может, Гарош тоже не получил удовольствие от своей моральной пытки. «Единственное, чем нельзя пожертвовать ради своего самого сокровенного желания…» Он крепче сжал ее ладони, желая от всего сердца не любви, а истины.
— Тогда выбери Элли. Какой бы Элли это ни окажется.
— Элли, это… адмирал Куин.
— Так я и думал.
— Тогда зачем ты со мной это делаешь!
— Потому что тебе нужно выбрать сейчас, раз и навсегда.
— Ты вынудил меня к этому!
— Совершенно верно. Я могу жить с тобой. Я могу жить без тебя, если придется. Но я не могу стоять на месте, Элли, даже ради тебя. Полная консервация не есть жизнь, Элли, это — смерть. Уж я-то знаю.
Она медленно кивнула:
— Я понимаю.
Она начала помешивать свой суп, наблюдая за тем, как он за ней наблюдает…
Они занялись любовью в последний раз, в память о прошлых временах. Это было прощание.
Потом они долго сидели молча.
— Ты рожден быть солдатом, — нарушила наконец молчание Элли. — А не каким-то… высокопоставленным бюрократом.
Майлз расстался с мыслью объяснить ей, что собой являет благородный и древний пост Имперского Аудитора.
— Чтобы стать великим полководцем, нужна великая война. Но таковой сейчас нет, во всяком случае, тут. Цетагандийцы впервые за последние десять лет успокоились. Пол не агрессивен. Да и вообще мы сейчас в прекрасных отношениях со Ступицей Хеджена. Архипелаг Джексона довольно мерзок, но они там слишком разобщены, чтобы представлять собой реальную угрозу. Самой большой опасностью в данной области галактики являемся мы, но нашу энергию поглощает Зергияр. А я не уверен, что жажду сдать себя в аренду на завоевательную войну где-нибудь в другом месте.
— А твой отец это делал. И весьма успешно.
— Успех был неоднозначен. Тебе следует повнимательнее изучить нашу историю, любовь