Библиотека

Тараканьи бега – 3 стр. 210

Размер шрифта
-
+
Тема

Да в такой и оба поместимся,—осторожно предложил я.

— Ох, как же я за эти сутки измучилась! Никаких сил не осталось, — пожаловалась она. — Раздеться поможешь?

Я шагнул вперёд, но она тут же отстраняющим жестом меня остановила:

— Ты мне ещё ни разу не сказал: я тебе хоть чуть-чуть нравлюсь?

Что в подобных случаях пытаться остроумничать не следует, меня уже выучили:

— Да!

— Чуть-чуть?

— Больше! Много! Сильно!

— Как?

— Я таких, как ты никогда не видел. И дело не в расе. Таких, к которым кроме слова прекрасна, больше и добавлять-то ничего не надо, но…

— Но? — она повернулась ко мне спиной и тоном «Следующая станция — Таганская», проинформировала: — Голубая точка на левой лопатке — это начало липучки.

' — Господин — липучка это что-то вроде вашей молнии. Смочите палец слюной и троньте!

— Сверг, ты сказал «но»… — поторопила меня девушка.

Отодвинул волосы, смочил, тронул синюю точку — ткань на пару сантиметров разъехалась, тронул дальше — спина начала раскрываться всё больше и больше.

— Сверг, я понимаю, тебе там всё интересно, но… Но ты сказал «но»! — добавилось металла в её голосе.

— … Но ещё такое, — продолжил я: — Всем с первого на тебя взгляда очень видно, что ты привыкла в любом случае решать сама, но со мной — соглашалась, ты привыкла быть главной, но мне — подчинялась. Но ещё…

На точке между крестцовыми ямочками, там, где спина теряет выемку позвоночника, но не приобретает ещё выгиба ягодиц, липучка остановилась. Эх, самое моё любимое место так и осталась прикрытым!

' — Господин, теперь всё это спустите с плеч! Через грудь.

Я поднял руки, взял верхние края разъехавшейся ткани и повёл их вперёд-вниз… Рилль зябко поёжилась и, помогая мне, чуть свела плечи вместе… И, не пытаясь аккуратничать, почти обняв её, задевая груди — да не носят старшие расы лифчиков! — обнажая их, я потянул тряпки вниз.

— Ты опять сказал «но»…

— Но дело даже не во властности. На самодурок я у себя уже насмотрелся и старался держаться от них на расстоянии! Но в тебе есть то, чего нет ни у кого… Я не знаю, как это назвать…

Платье неожиданно легко заскользило вниз. Знаете, это как женские трусы, когда их с них снимаешь — сначала словно преодолеваешь сопротивление, растягивая резинку, но вот самое широкое место бёдер пройдено, и они, словно сами устремляются вниз!

Рилль переступила через платье и, не оборачиваясь, потребовала:

— Дальше!

Бельё оркской принцессы от белья эльфийской княжны отличалось незначительно. Но теперь я не стал спешить, и всё-таки понежил руки о начальный выгиб её ягодиц!

— Дальше! Продолжай!

Что ж, я потянул её трусы вниз и продолжил:

— Я не знаю, как это назвать… Но и в первые наши сутки в той нулёвке, и почти неделю здесь я не заметил у тебя ни одной некрасивой позы, неловкого, неуклюжего движения, вульгарного словца или интонации. Наверное, это называется царственностью. И мне голову сносит, что это царица… — я сглотнул: — Моя?

Она, всё ещё стоя спиной ко мне, подняла руки, выдернула из причёски несколько шпилек,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.