Библиотека

Таро Люцифера стр. 165

Размер шрифта
-
+
Тема

мелкий дождь и холодный ветер согнал всех завсегдатаев пятачка у станции метро. С «парапета», как это место называлось в местной топонимике.

Пережившие ураган «пасынки Арбата» напоминали стаю перевозбужденных галок, забившихся под теплую стреху. Пили и горланили больше обычного. Братались, целовались, дурачились, угощали и угощались, как члены первобытного племени, избежавшие гнева божества с невнятным именем и мало вразумительными функциями. Ну, тряхнул, потряс небо и землю, устроил репетицию Конца света, напугал до смерти, вымочил до нитки, но все же обошлось, значит, можно жить дальше, как и жили. Одним днем.

Корсаков, с верхней ступеньки разглядывая толпу, вдруг остро ощутил, что прежняя жизнь кончилась. Никогда больше он не войдет в эту тусующуюся массу своим. Никогда больше не ощутит блаженства растворения среди себе подобных: неприкаянных, не умеющих устроиться, живущих божьим промыслом талантов и ничтожеств.

Семь лет чистилища подошли к концу. Ад клоаки жизни, куда он добровольно низвергнулся с высот славы и успеха, распахнул свои врата, и дежурный черт пинком выкинул реабилитированного грешника. В полную неизвестность новой жизни.

Что будет дальше, он не знал. Но отлично понимал, что прежними ему уже не быть.

«Не заморачивайся. Может, и жить-то тебе осталось меньше часа».

Чья-то рука хлопнула Игоря по плечу. Свернутый кольцами боевой хлыст, спрятанный под кожаным плащом, больно врезался в тело. Удар вывел из задумчивости, боль вернула в реальную жизнь. Которую он еще не дожил до конца.

Корсаков резко развернулся, готовый обрушится грудой ударов на противника. Разорвать дистанцию, выхватить хлыст. И дальше, пусть убьют, если смогут.

— Ты чего?!

На него выпучил глаза бородатый парень в прикиде вольного художника и с битым-перебитым этюдником на плече.

— А, это ты, Борода. Извини.

Корсаков расслабился, узнав старшего по «уголку художников». Средний талант рисовальщика Борода сочетал с выдающимися организаторскими способностями: на нем висели контакты с ментами и братвой, распределение мест и сбор арендной платы, урегулирование мелких споров между своими и прием новых членов в «кооператив».

— Пиво хочешь?

Борода протянул ему початую бутылку. Корсаков, помедлив, сделал глоток.

— Ты куда пропал?

— Запой. — Корсаков вытер губы и вернул бутылку. — Как с Леней Примаком схлестнулся — так двое суток в минусе.

— Бери, лечись. Я сегодня уже — во. Под завязку. — Борода похлопал себя по животу. — Ну и денек! Ты под ураган попал?

Корсаков кивнул.

— А меня, прикинь, чуть вместе со стулом не снесло. Еле до арки добежал. — Он хлопнул по этюднику. — Выше головы подлетал, прикинь! Думал, башку проломит. И еще хохма… Я как раз лоха развел на портрет. Бабки вперед взял, только кисточку намастырил, а тут… Клиента, на фиг, ветром сдуло! В сторону Генштаба понесло. Я его, как утихло, потом честно поискал. Но пропал мужик. Сдуло, на фиг! Оставил на память шесть сотен и улетел, га-га-га!

Он громко заржал. В тугом животе забулькало пиво.

Борода осекся.

— Слушай, так ты новостей еще не знаешь?!

— Говорю же, запой. Куда не глянь, сплошные новости.

Борода сделал скорбную мину.

— Хата твоя, Игорь, того… Выгорела, на фиг, до крыши.

— Иди ты! — сыграл удивление Корсаков.

— Я тебе говорю! Ночью полыхнуло. Мужики ваши еле свалить успели. Чуть не угорели, на фиг. — Борода понизил голос. — Говорят, в подвале два трупешника нашли. Менты дело возбудили. Так что,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.