Те, кто охотятся на охотников на монстров стр. 6
— «полный панк-рок». Все говорили, что моя — «такая анимешная». Вы должны понимать: и так во всем. Это воздух, которым мы дышим.
Я — личность. Я — женщина. Я — американка. Я не растение, которое находится не на своем месте.
Волосы у меня больше не голубые. На моем первом — единственном — свидании с охотником на монстров я хотела, чтоб волосы у меня были черными и прямыми, как он и ожидал увидеть.
Кто-то генетически предрасположен к депрессиям, кто-то не различает цвета, у кого-то абсолютный слух или тетрахроматическое зрение, а кто-то отлично различает вкусы. А у кого-то голова может отделиться ночью от тела и слоняться по миру.
Это никого не делает монстром. Монстром делают поступки. Женщина, чья голова способна летать, которая использует эту силу, чтобы скользить меж облаков и смотреть на городские огни, женщина, которая ни разу не причинила вреда людям и даже коров, овец и белок не тревожила много лет… такая женщина — менее монстр, чем мужчина в федоре с самурайскими мечами, который эту женщину преследует.
* * *— Мой ник на сайте АмериканскийРонин, а твой — АмериканскаяГейша, — говорит охотник на монстров, потянувшись через стол и касаясь моей руки. — Мы словно созданы друг для друга.
Я опускаю взгляд на почти нетронутую порцию риса и, хихикнув, отвечаю:
— Да.
Проблема в том, что я не могу предложить пойти к нему. Иначе провалю всю свою игру в покорность. Я опасаюсь, что придется пойти на второе свидание, если он не наберется смелости пригласить меня домой — Мисаки не стал, — и мысль о еще одном вечере в его компании меня не прельщает.
Но, по-видимому, убив нукэкуби, он стал увереннее в себе, потому что предлагает:
— Да, я живу тут рядом — не хочешь зайти, мечи заценить?
* * *Я писала это все в настоящем времени, потому что таков естественный голос профилей на сайтах свиданий —
«люблю плавать на каяках, и хотел бы в выходные покататься на горном велосипеде, и так хорош в куннилингусе, что ты не поверишь», — но это не правильное время. По крайней мере, для охотника на монстров.
Надо отдать должное охотнику на монстров: мечи он держал острыми. Его не пришлось долго побуждать все рассказать — подтвердить мои подозрения, превратить страхи в уверенность. И уверившись, что он сделал то, что я думала, я поступила так, как от меня ждали.
Голова нукэкуби отделяется бескровно, магией. Чего не скажешь о головах обычных людей.
Меня могли увидеть уходящей от его дома, когда он загорелся, — пожар привлекает внимание. Но если свидетели и были, я уверена, они ищут темноволосую азиатку, в возрасте от девятнадцати до сорока. В Бэй-Эриа есть квартал, где живут одни азиаты. Но я там не обитаю. И все же полиция умна, и есть связи, тропки, по которым можно последовать, особенно в интернете, и они приведут ко мне. Все верно. Моей семье не впервой было уезжать и начинать все заново, в другом месте. Мы это умеем. Я не разместила бы это здесь как послание, предупреждение, похвальбу и признание, желай я сохранить свою жизнь неизменной. Нажав кнопку «опубликовать», я исчезну.
Моя сестра никого не убивала, чего я не