Те Места, Где Королевская Охота[Книга 1] стр. 484
Старик тихонько засмеялся:
— Не любите, барышня, штопать чулки?
— Очень! — призналась Наора с чувством.
— А по вам и не скажешь, что вам хоть что–то штопать доводилось, — сказал старик, оглядывая наследство Прекрасной Герцогини.
Наора смутилась:
— Вы по одежде судите? Это не мое. Это мне… это по случаю досталось. Просто повезло. — Она вздохнула.
Старик закивал.
— Бывает, барышня. Я вот сразу заметил — руки–то у вас хоть и ухоженные, да не барские. Работать этими ручками вы умеете.
Наора автоматически спрятала ладони.
— Да нет, — заметил это старик, — стесняться не надо. Я к тому, что сразу понял, что вы барышня не из таковских… Ну, вы меня понимаете. А то заходят, бывает, ни стыда у них нет, ни совести. Я таких за версту чую, и гоню. Не положено здесь посторонним барышням ошиваться.
Наора покраснела и быстро встала со стула, но старик тут же бросил иглу и замахал на нее руками:
— Что вы, что вы! Я же не про вас! Вам — можно. Я же вижу… Сядьте, пожалуйста, и не обижайтесь на старика.
Наора поколебалась, но старик, похоже, действительно разволновался не на шутку, и она села.
Повисла неловкая пауза. Судя по часам, до окончания уроков оставалось совсем немного.
— А я вот подрабатываю на досуге, — снова заговорил старик. Видно было, что ему хочется загладить неловкость. — Да и что делать–то одинокому? Вот и шью–клею. Люблю я это дело. И людям польза, и мне приработок малый. — Он поднял на Наору глаза, словно ожидая.
— Да, понимаю, — ответила она. — У меня вот тоже сейчас денег немного скопилось, а работы пока нет. Я ведь актриса, — зачем–то призналась она, — а только без места сейчас — сезон кончается, никто меня не возьмет до осени. Вроде бы и не нуждаюсь, а все же скучно без дела сидеть.
Старик улыбнулся:
— Вот я же говорю, что вы барышня правильная. Мало ведь кто так сейчас рассуждает, особенно из барышень. Им бы… — начал было он, но осекся. — Вы уж простите меня еще раз, — сказал он обезоруживающе. И вдруг оживился: — А хотите, я вас к месту пристрою? В библиотеку нашу? Это здесь, недалеко… Будете помогать там книжки реставрировать. И не обременительно, не тяжело для барышни, а платят там достаточно. Книжки тоже дают читать, — подмигнул старик озорно. — Вы ведь, небось, читать тоже любите?
— Люблю, — ответила Наора.
— Вот и будете читать в свой достаток! — обрадовался старик. — Вы не думайте, что раз библиотека Политехнического музеума, так там одни учебники да штудии хранятся. О–о–о! — потряс старик поднятым пергаментным пальцем. — У нас самая большая библиотека во всей Столице! Да что в Столице — во всей Империи, а значит, почитай и во всем мире поднебесном!
— А можно? — Наоре предложение старика пришлось по душе.
— Почему нельзя? — важно ответил тот. — Я поговорю с кем надо, так что не сомневайтесь! Вы подойдите ко мне как–нибудь на днях, если не передумаете, я всегда здесь… — Он замолчал и прислушался. Часы на колокольне с курантами отбили четверть. Старик глянул на часы, уточняя, произнес: — Ну вот и перемена подошла. Вы, барышня, обождите тут, я его позову.
— Нет, нет! — заволновалась Наора; кровь снова застучала в ушах. — Не говорите ему ничего, хорошо?
— Ну, как знаете. —