Библиотека

Темная гора стр. 51

Размер шрифта
-
+
Тема

Одиссея и причмокнул.

— С таким сокровищем и воевать не нужно, — тихо сказал он. — Я знаю умельца, что может его переплавить на мечи и секиры. Мир и покой можно выкупить, с родственниками всех обиженных расплатиться или, если приспичит, столько бойцов знаменитых нанять, что полмира пройдем, врагов одолев самых сильных.

— Не время думать об этом, когда выход в море враги запирают. — С этими словами базилей перегнулся через дырчатую полосу, что опоясывала корму, и долго смотрел вниз, а потом велел раздобыть огня.

Костер на берегу еще горел, и сушняка хватало. Полит, стараясь, чтобы базилей не заметил дрожи в его коленках, принес факел, в свете которого можно было разглядеть острые камни, нависающие сверху, а стен пещеры не было видно. За ним увязался Медон, немного приободренный тем, что из мрака не вылезла какая-нибудь огромная гидра и не сожрала их. Пока Одиссей разглядывал, что там, внизу, под кормой, Медон сообщил Арету, что он не заметил даже следов носовой статуи.

— Те, кто плавал на нем, — добавил Медон, — явно богов не боялись и угождать не стремились.

— Может, сами боги на нем путешествуют? — скривил губы Арет.

— Это им ни к чему, — назидательно поднял палец Медон, — и к тому же небесный металл так не ржавеет!

— Вот оно что… — пробормотал Одиссей.

Медон и Арет склонились над кормой и в свете факела увидели, что вместо рулевого весла у корабля было диковинное сооружение с поперечными лопастями, насаженными на два колеса, наполовину погруженных в воду.

— Мельница водяная! — сказал вдруг Медон. — Такие у нас ставят на Земе, на реках и запрудах.

— Мельница?.. — протянул базилей. — Может, бог морей эту мельницу крутит или вместо руля она?

Послышался голос Калипсо, она звала детей к себе. Что-то звякнуло, запищал маленький Латин, а Лавиния сказала, что дверцу она нашла, а вовсе не братик.

Одиссей и Арет переглянулись, базилей отдал факел Политу, быстро вышел из под свода и прищурил глаза от яркого света.

— О какой дверце вы говорите? — спросил базилей.

Сколько времени базилей, Арет и Медон блуждали внутри корабля — сказать они сами не могли. Только когда выбрались наружу, в сумерках уже звезды мерцали.

Дверца, что дети нашли, была неприметной и заподлицо с палубой. В одних местах палуба была ровной, в других — бугристой, словно когда-то ее украсили барельефами, ныне стертыми временем и обувью. Если бы случайно не попал крохотной сандалией Латин в выемку, никто бы и не подумал, что здесь есть отверстие. Но щелкнула потайная пружина, и открылся круглый лаз.

Долго стояли над ним Одиссей и его спутники, прислушивались, не взрыкнет ли какой зверь, не зашипит ли гад затаившийся. Ни звука не шло из холодной тьмы, лишь несло затхлым духом да слабой кислой вонью. В дневном свете видны были ступени, вделанные в лаз, а узнать, куда они ведут, можно было, лишь спустившись.

Запалили факелы. Арет выставил перед собой меч и, останавливаясь на каждой ступени, медленно погрузился в темную глубину.

— Никого нет! — гулко донеслось до тех, кто стоял наверху.

Одиссей отдал лук Политу, а сам вооружился кинжалом. Велев Медону подержать запасные факелы, он быстро миновал ступени и крикнул ему, чтобы тот сбросил обмотанные тряпками палки. Однако Медон сам вдруг предстал перед

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.