Темная комната стр. 26
на Джинкс сквозь очки, и глаза его выражали самую настоящую, хотя и беспомощную, заботу и сочувствие.
— Присаживайся, Саймон, — слабым голосом произнесла Джинкс. Сейчас ей больше всего хотелось пронзительно кричать. — Со мной все в порядке. Так почему ты подумал, что я не захочу тебя видеть?
Как бы через силу, он, наконец, оторвался от двери и направился ко второму креслу.
— Потому что я вдруг подумал, пока шел сюда по коридору, что, возможно, умышленно закрыл глаза и не учел ту неловкость, которую может вызвать мое появление.
Ну почему ты все время выражаешься так сложно?— Кто же, по-твоему, должен испытать эту неловкость:
ты или я?
— Ты, — сразу же ответил Саймон. — Я-то больше сейчас ощущаю гнев, нежели смущение. Я до сих пор не могу поверить в то, что моя сестра способна похитить жениха у своей лучшей подруги.
— Нет, я не сержусь и не ощущаю никой неловкости, мне сейчас все равно. — Она недовольно оглядела его высокий жесткий воротник и сутану. — Между прочим, — заворчала Джинкс, — я вовсе не схожу с ума по твоему облачению. Неужели нельзя было прийти хотя бы сюда в джинсах и простой рубашке? Тут все считают, что я склонна к самоубийству, ну, а уж если ко мне приходит священник… Теперь все то доверие, которое мне удалось спасти, будет наверняка полностью разрушено.
Он улыбнулся, почувствовав себя увереннее от ее попытки пошутить:
— У меня нет выбора. Времени мало. Через два часа мне уже надо быть на службе, и если бы я захотел тебя навестить в другой одежде, я просто не успел бы снова поменять ее.
— Откуда ты узнал, что я здесь?
— Мне сказал Джош Хеннесси, — пояснил Саймон, впиваясь в колени костлявыми пальцами. — Один раз я все же дозвонился до Бетти, но как только представился, она тут же повесила трубку. Фамилию Харрис в Хеллингдон-Холле лучше теперь не произносить. По крайней мере, сейчас. Правда, я ничуть не удивлен такому отношению, — печально закончил он.
— А каким же образом удалось узнать этот адрес Джошу? Моя мачеха в курсе того, что он — приятель Мег, а не мой, — изумилась Джинкс.
Саймон вздохнул:
— Поначалу он тоже получил отпор, а потом решил, что обман и хитрость являются составной частью героизма. Он представился Дином Джарреттом и добавил, что ему нужно срочно переговорить с тобой по делу.
Дин был первым помощником Джинкс на фотостудии и притом — геем. Однако он не только не скрывал этого, но, напротив, гордился своей сексуальной ориентацией и всячески выставлял ее напоказ, поскольку его это забавляло. Джинкс начала массировать внезапно занывшие виски:
— Она, наверное, напилась до чертиков, если смогла их перепутать. У них же голоса совершенно разные.
— Да, ты угадала, но только не надо на нее сердиться. Джош говорил, что ее горе по поводу случившегося показалось ему достаточно искренним.
И тут Джинкс взбесилась по-настоящему. Это почему ей нельзя сердиться на вздорную глупую женщину? По какому праву кто-то имеет наглость давать ей советы и заставлять смягчать свое справедливое презрение и негодование?
«Ты больше никогда не посмеешь так говорить о своей мачехе!» — заявил ей однажды отец, когда десятилетняя Джейн обозвала Бетти глупой женщиной, мотивируя это тем, что та до сих пор считает, будто луна вращается