Тёмными тропами (сборник) стр. 205
Это помогло. Особенно в деле приручения своенравной принцессы. Иногда Люк ее просто не понимал. Откуда это идеализм? Эта святая вера в демократические идеалы и прочие высокопарные лозунги? Даже он, фермер с далекой планеты, таким не страдал. Поначалу да, было такое, но не теперь… не когда он увидел грязь, кровь и нечистоты войны, не тогда когда он услышал, как парой искусно подобранных слов мотивируют разумных на подвиги, не тогда, когда он понял, какой махине его противопоставили чужие интересы. Теперь, через полтора года после того, как его затащили в Сопротивление, он это отлично понимал.
И еще он великолепно понимал, что недаром на Альянс работают профессионалы. На одном энтузиазме далеко не уедешь, вся эта активность требует денег. Огромного количества денег и живых ресурсов. И это вызывало вопросы… Впрочем, знакомства с умными людьми и нелюдями очень помогали не тушеваться на фоне образованной принцессы, оттирая контрабандиста в сторону. И это было приятно. Люк был твердо уверен, что Лея будет его, осталось только сообразить, как привязать ее к себе покрепче и выбить лишнюю дурь из ее головы.
И он уже практически придумал, но тут случилось то, что
изменило его жизнь резко и неожиданно.
Беспин.
Лендо Кальриссиан настаивал на личных переговорах. Особенно он упирал на обязательное присутствие Хана Соло, Леи Органы и Люка Скайуокера. Хан… ну это было понятно. Контрабандист проболтался, что он с Лендо приятели чуть ли не с пеленок и вообще такие друзья, что просто вообще. Лея… один из символов восстания. Принцесса уничтоженной планеты, мученица-страдалица. Люк… успешный командир, тоже символ и прочее, и вообще весь из себя джедай. Они шли по коридорам Облачного города, а Люк нутром чуял – это ловушка. Когда дверь распахнулась и из-за стола встал гигант в черных доспехах, Скайуокер практически испытал облегчение: его предчувствия подтвердились.
Вейдер небрежным взмахом ладони отбил бластерный выстрел в сторону, и в груди Люка ёкнуло от восторга. Вот это могущество! А потом все понеслось вскачь. Он выпихнул друзей прочь, попутно от души врезав Лендо под дых, так, что тот скрючился на полу, заливаясь рефлекторно брызнувшими из глаз слезами, и словно нечаянно добавив походя сапогом. От Вейдера донесся тихий смешок, в котором явственно слышалось одобрение, но как следует обдумать этот интересный факт Люк не успел: ситх зажег меч и пошел в атаку. Нарочито небрежно, медленно… и совершенно неотвратимо. Они не обращали внимания на творящийся вокруг бедлам, концентрируясь друг на друге, Люк предельно собрался, отбивая атаки лорда… странные. Словно тот его проверял, экзаменовал. От бронированной фигуры исходил интерес, ожидание и странное предвкушение.
Они стояли одни, Люк напряженно смотрел на замершего почему-то Вейдера, и чувствовал, что вот сейчас что-то произойдет. Что-то грандиозное. Слова ситха обрушились на него многотонной глыбой, просто раздавившей на какое-то время его сознание.
– Я твой отец.
Время замерло, пространство исчезло. Мир сжался, душа его в своих объятиях. Он замер, не в силах осознать эти шокирующие слова до конца. Вейдер тоже застыл. Олицетворенное терпение.
– Нет… – прошептал Люк, а в глубине души что-то орало: «ДА!».
– Да, Люк. Я твой отец. Разве