Тень Гегемона стр. 370
он угнетатель! - Сикх из Боевой школы показал рукой на Ахилла.
- Вы думаете, что китайцы лучше обойдутся с нашим народом, чем Нью-Дели? - спросил другой.
- Вспомните, что сделали китайцы с Тибетом и Тайванем! Это нас ждет, и все из-за него!
Сикхские солдаты, видимо, заколебались.
Ахилл выхватил из-за спины пистолет и перестрелял солдат одного за другим. Последние двое попытались наброситься на него, но все пули Ахилла попали в цель.
Пистолетные выстрелы еще гремели в ушах, когда Саяджи спросил:
- Почему они тебя не застрелили?
- Я им велел разрядить оружие перед входом в зал, - ответил Ахилл. - Сказал, что не хочу несчастных случаев. Но не думайте, что можете меня одолеть, потому что я здесь один с полупустой обоймой. Этот зал давно заминирован и взорвется, если мое сердце перестанет биться или если я включу контроллер, вживленный у меня под кожей на груди.
Загудел карманный телефон, и Ахилл ответил, не опуская пистолета:
- Нет. Боюсь, мои солдаты вышли из повиновения, и мне пришлось ради спасения детей перестрелять собственных людей. Ситуация не изменилась. Я слежу за периметром. Держитесь подальше, и дети не пострадают.
Петра хотела засмеяться. Почти все выпускники Боевой школы были старше его.
Ахилл щелкнул телефоном и сунул его в карман.
- Боюсь, я сказал им, что вы - мои заложники, когда это еще было неправдой.
- Поймали тебя на вранье? - спросил Саяджи. - Ты не мог знать, что тебе понадобятся заложники или что мы все здесь будем. В зале нет мин.
Ахилл повернулся к нему и хладнокровно выстрелил ему в голову. Саяджи скорчился и рухнул. Несколько ребят вскрикнули. Ахилл спокойно сменил обойму.
И никто не бросился на него, пока он перезаряжал пистолет.
"Даже я", - подумала Петра.
Ничто так не заставляет свидетелей остолбенеть, как небрежное убийство.
- Сатьяграха, - сказала Петра.
- Что ты сказала? - резко обернулся к ней Ахилл. - На каком языке?
- На хинди,
- ответила она. - Это значит: "Человек выносит то, что должен вынести".
- Не надо больше на хинди, - сказал Ахилл. - Никому. Ни на одном языке не надо, кроме общего. А если кто вообще заговорит, то лучше всего - со мной, и чтобы это не было глупостью или наглостью, за которые Саяджи заплатил жизнью. Если все пойдет как надо, меня освободят через пару часов. Потом мы с Петрой улетим, оставив вас вашему новому правительству. Китайскому.
Многие посмотрели на Петру. Она улыбнулась Ахиллу:
- Значит, вход в твой шатер все еще открыт?
Он улыбнулся в ответ. Тепло. С любовью. Будто поцеловал.
Но Петра знала, зачем он берет ее с собой. Лишь чтобы насладиться временем, когда она будет питать ложные надежды, а потом выбросить из вертолета, или задушить на асфальте, или, если потеряет терпение, застрелить ее, выходя из комнаты. Он с ней уже покончил. Близок был его триумф - архитектор победы Китая над Индией возвращается в Китай героем. Уже строя планы, как захватить власть в этой стране и начать завоевание другой половины мира.
Но пока что она жива, и другие выпускники Боевой школы тоже, кроме Саяджи. Он погиб, конечно, не из-за того, что сказал Ахиллу. Погиб он потому, что Именно он послал планы