Тень каравеллы стр. 121
У них там, на Вокзальной, была своя компания. Но я из вежливости ответил:
— Я тебя тоже.
Мы поговорили о том, что через три недели в школу, а еще совсем неохота и что скоро, говорят, отменят хлебные карточки, и тогда уж не будет очередей, а хлеба сколько хочешь…
Потом я спросил:
— Что за книжка?
— «Спартак». Здорово интересная, да я уже всю прочитал.
— Про футболистов?
Быпа вытаращил глаза.
Надо сказать, что во многих вопросах я был страшный невежда, хотя разбирался в парусах, в географии, в устройстве Вселенной. Насчет «Спартака» я был уверен, что это всего-навсего футбольная команда. Мало того! Я считал, что название происходит от слова «спорт» и пишется «Спортак».
Оправившись от изумления, Быпа тут же на подоконнике коротко поведал мне о восстании гладиаторов. И, когда он кончил, я, конечно, сказал:
— Дай почитать!
«Не даст», — подумал я. И в самом деле, зачем он будет давать? Может, что-нибудь в обмен попросит? Но у меня ничего же нет.
Быпа подумал, вздохнул. И разрешил:
— Ну, бери… Только смотри: она вон какая растрепанная.
Я кивал, ошалев от радости. Такая толстая, такая интересная!
А Быпа так раздобрился, что поставил меня в свою очередь, которая была гораздо ближе моей. Женщины зашумели,
но он решительно и деловито доказал, что мы занимали вместе.
Потом мы шагали по звенящей от зноя улице и грызли хлебные маленькие кусочки — привески.
— Слушай… — нерешительно сказал Быпа. — Ты вот что… Знаешь, дай мне твой ремень поносить, а?
Я даже шаги замедлил. Мой морской ремень? А если Быпа зажилит? Это ведь не Манярка.
— Да не бойся, я не насовсем прошу, — объяснил Быпа. — Маленько поношу и отдам. Ну, пока ты книжку читаешь? Ладно?
Может, он нарочно книжку подсунул и в очередь меня поставил, чтобы ремень выманить? Но ведь он мог бы его просто отобрать. Вон какой он здоровый! Я бы и не пикнул.
— Ты не думай, что я за книжку прошу, — сказал Быпа. — Мне надо Хрыщу одно дело доказать. Знаешь Хрыща? Он в нашем доме живет.
— Что доказать-то? — спросил я, чтобы оттянуть время.
— А он не верит, что у меня отец был моряк. Я ему ремень покажу и скажу, что отец оставил, когда в сорок третьем году в отпуск приезжал.
— А на самом деле он ничего не оставил?
Быпа помотал головой.
— Он был подводник… Их не нашли. А в отпуск он и не приезжал, только собирался.
— Бери, — сказал я. — Только не потеряй.
…Два дня без передыха я читал «Спартака». Даже купаться не бегал. Вечером второго дня ко мне постучался Южка и вызвал во двор.
— Почему не выходишь? Не отпускают?
— Читаю, — вздохнул я.
— Целый день читать заставляют? — изумился он.
— Никто не заставляет! Сам! Знаешь какая книжка!
И тут же на крыльце я начал рассказывать Южке о суровых бойцах-гладиаторах, которых в Древнем Риме богачи заставляли драться друг с другом, а сами смотрели как цирк или кино.
Подошли и другие ребята. Никто, кроме Марика и Дыркнаба, раньше не слыхал про