Тест на любовь стр. 100
походном одеянии казался человеком, проспавшим последние двадцать лет. Хозяин пожал ему руку.
— Воронцов говорил мне о вас. Я рад, что вы приехали. Пойдемте к огню.
Андрей, делая вид, что не видит разницы между своим нарядом и их, пошел следом за хозяином. Сейчас ему придется включить на всю мощь свой дар, которым он обладал, и завтра никто не вспомнит, как он был одет: ни хозяин-красавец, ни Воронцов. Он переключит их внимание на оружие.
Он знал охотников, у которых был смешной по нынешним временам принцип — драная телогрейка и роскошное оружие. Они полагали, что тем самым подчеркивают поклонение перед оружием, показывая всем своим видом, что готовы остаться в его тени. Но на самом деле все наоборот — таким образом они старались оттенить себя.
Костер горел давно, вот-вот останутся угли. Возле костра суетилась женщина, молодая, стройная, в желтых джинсах.
— Это моя гостья. Из Америки. Салли.
Салли протянула руку и старательно на русском сказала:
— Я учиться делать шашлык. Андрей улыбнулся:
— Что ж, с удовольствием оценим.
Дальше было все, как и двадцать лет назад. Водка, мясо, шутки, смех. Андрей чувствовал себя превосходно. Настоящее имение, в котором обитал друг Воронцова, оказалось не его владениями, а арендованной охотничьей базой, в которой официально работал этот человек.
— Так вот,
Андрей, мастер есть. Но мужик чудаковатый. Вы привезли вашу ржавку?
Андрей вынул из рюкзака пистолет, изукрашенный резьбой.
Глаза Никиты загорелись.
— Это вещь! Франция? Семнадцатый век? О нет, не говорите, я сейчас скажу точную дату. Вторая четверть семнадцатого века, да?
Андрей изумленно кивнул:
— Совершенно верно.
Салли пристально всматривалась в пистолет.
— Могу я брать? — спросила она, старательно выговаривая русские слова.
— Конечно.
Она так ловко взяла оружие, что Андрей не сомневался — она отличный стрелок.
— Он может стрелять?
— Конечно, — кивнул Андрей.
— Мы можно попробовать?
— Если хозяин дома…
— Да, конечно. Я собирался предложить пострелять из штуцера восемнадцатого века. И кое из чего еще.
Они отошли в другой конец усадьбы. Там был настоящий тир.
— Это вы сами сделали?
— Да нет, Митрич смастерил.
— Митрич может сделать все?
— Да хоть атомную бомбу.
Андрей заметил, как Салли понимающе усмехнулась. Вышло непроизвольно, и она, спохватившись, уткнула нос в лисью шубку.
— Я хочу выстрелить из пистолета Андрея.
— Конечно. Но, Салли, осторожно. Заряд мощный, калибр большой.
— Но я первый, — сказал Андрей, — чтобы проверить. Он насыпал пороху в ствол, загнал следом пыж, отлитую из свинца пулю и снова пыж. А затем на полку насыпал пороху и закрыл ее огнивом.
— Кремневый пистолет, заряжается с дула, — заметил Никита, обращаясь к Салли. — Понимаешь?
— Да, — кивнула она.
Он прицелился и выстрелил. Пуля попала в щит.
— Отличный бой! — восхитился Никита.
— Дайте-ка мне.
— Но…
— Салли, ты все-таки женщина. Дай поиграть мужчинам. Наконец очередь дошла до Салли.
— Осечка!
Действительно, Салли спустила курок, но выстрела не было.
Андрей взял у нее оружие, подсыпал пороха на полочку и вернул девушке.
Она вытянула руку, будто стреляла из современного «кольта». Раздался грохот, пистолет отбросило, оружие дернулось в руке Салли и рукояткой ударило ее в лоб.
Она охнула. Со лба потекла кровь.
— Салли, ну разве так можно! — Никита подскочил к ней. — Девочка моя. Ну, ничего, ничего страшного.
— Но я лечу завтра. Моя лицо…
— Ерунда,