Тест на любовь стр. 20
добилась, — сама. С одной стороны, никогда никого не придется благодарить за услуги. А с другой — я очень устала. Я приехала в Москву из маленького городка на востоке. У меня одна мать — отец ушел от нас, когда я была школьницей. Моя мать работала бухгалтером. Знала бы ты, как она хотела, чтобы я училась в Москве, в университете. Мечта всей ее жизни. За ее исполнение она готова была отдать все.
Ирма смотрела на Ольгу, слушала, но не слишком вникала в смысл ее слов. Ольга говорила горячо, видимо, в ее словах крылся особый для нее самой смысл. Ирма поймала себя на странном чувстве — ей понравилось, что Ольга не замужем. Внезапно ей захотелось прикоснуться к ее руке, повыше запястья. Какая сильная рука, еще бы — она каждый день поднимает тяжелый кофр с камерами.
Ирма проглотила слюну, внезапно заполнившую рот. Еще она бы прикоснулась к ее бедру, обтянутому синей узкой юбкой. Какая плавная линия бедра, восхитилась она, как бы случайно посмотрев на стул, на котором сидела Ольга.
До Ирмы долетела последняя фраза Ольги:
— Мать отдала бы за это все…
— Ольга, ты мне очень понравилась. Я хочу с тобой дружить.
Ольга расхохоталась.
— Ну, ты хороша! Разве предлагает дружбу женщина женщине?
— А почему нет? — пожала Ирма плечами. — Потом, я, может, и не очень женщина.
Ольга удивленно посмотрела на Ирму, которая была воплощением истинной женщины.
— Но ты так на нее похожа! — сказала она весело. — Ты такая пухленькая, такая красивая, у тебя такая прекрасная фигура… Ты ведь замужем, насколько я понимаю?
— Да. Я замужем, Ольга. Но я замужем… — Она помолчала. — Впрочем, не важно. Нет, еще не сейчас. Так вот, Ольга, я бы хотела поддерживать с тобой отношения. Я приеду в Москву по обмену с вашим журналом. Я занималась тобой и, стало быть, заработала поездку. Но я не думаю, что тебе поручат меня, передо мной много
у кого обязательств и долгов. Только у тебя нет ничего такого, поэтому я с тобой просто стану дружить. Я буду капризной гостьей, я знаю, из-за чего я такой буду. А с тобой я просто хочу встретиться отдельно. Я приеду очень скоро. Я тебе позвоню.
Ольге понравилась Ирма — под мягкостью, нежностью и эфемерностью чувствовались сила и твердость.
В Москве она частенько вспоминала новую знакомую. Она сделала много портретов Ирмы и, всматриваясь в них, никак не могла понять — на бумаге проступали черты другой женщины. Другого человека. Что-то особое во взгляде — напряженность? Обращенность в себя? На снимках она казалась старше, чем в жизни.
Вообще-то Ольга мастерски снимала женщин, притушевывала резкость черт светом, смягчала… Но в Ирме камера улавливала какую-то тайну, недоступную глазу.
Ольга пыталась печатать портреты Ирмы на разной бумаге, но результат один — не Ирма. Не она. Почему?
— Не обращай внимания, — отмахнулась Ирма, когда Ольга рассказала ей об этом. — Мне нравится все, что ты сделала, — сказала она, когда они встретились в Москве. — Так ты говоришь, я не такая в жизни, да? На бумагу лезет кто-то другой? У меня есть тайна? — Она вздохнула и подалась к Ольге. — Да, есть тайна. Есть. Но я никогда не думала, что ее поймает объектив