Библиотека

Тест на прочность стр. 166

Размер шрифта
-
+
Тема

в противоположную от Каспия сторону, рассчитывая наткнуться где-нибудь на пограничников, расспросить о колоритной фигуре на «Харлее». Несколько раз проезжал руины каких-то строений, будто раскуроченных снарядами или бомбами. Правда, отсутствие запаха гари указывало скорей на стройки начатые и заброшенные, из которых кто-то потихоньку выламывает кирпичи для своих нужд.

Где-то все было разобрано подчистую, до фундамента. Где-то и фундамента видно не было, только огромная труба, указующая в небо, как перст.

Потом Терпухин наткнулся на ржавый «Икарус» без колес и малейшего намека на стекла.

Спустя несколько часов впереди послышалось многоголосое блеяние. Юрий сбавил скорость, чтобы не сбить ненароком овцу. Стал объезжать стадо в

поисках пастухов. Людей не было видно, только несколько здоровенных собак непонятной породы подскочили к мотоциклу со злобным лаем, норовя вцепиться седоку в ногу.

— Эй, хозяева! — крикнул Юрий, уводя мотоцикл в сторону.

Потом вспомнил, что треск движка — достаточно громкий звук в здешней пустынной местности и говорит сам за себя. Сейчас вылезет кто-нибудь из пастухов. Но появляться никто не желал, только клыкастые собаки, не переставая, гонялись за неведомым для них чудищем и не давали Терпухину остановиться.

Объехав по периметру стадо в сто — сто двадцать голов, он так и не обнаружил никого из породы двуногих. Плюнул и поехал дальше. Машина все чаще пробуксовывала, оставляя за собой глубокую колею, а вечерний небосвод обещал в скором времени очередной ливень. Развезет окончательно, придется останавливаться на вынужденную ночевку на бескрайнем ровном «столе», продуваемом сырым ветром.

Терпухин почти смирился с мрачной перспективой, когда на горизонте показался, огонек. Взяв курс на спасительный маяк, Атаман причалил к жалкому, никак не огороженному домишку.

Навстречу вышел человек в фуражке и непонятном кителе, прищурился на неурочного гостя.

— Пустишь переночевать?

— Заходи.

Приблизившись к крыльцу, Терпухин различил табличку с нерусской надписью. По всем признакам она напоминала те, которые вешают на государственные учреждения. Впрочем, хозяин дома имел явно славянскую внешность и говорил без акцента.

— Что тут за надпись, можешь перевести?

— Таможня.

Вот уж чего Атаман не ожидал: он привык совсем к другим таможенным пунктам.

— А где дорога?

— Везде, — по-прежнему односложно ответил хозяин дома. — Сам ты как приехал?

— Что верно, то верно: везде. Работе не помешал?

Желания подколоть собеседника Атаман не имел. Просто очень уж хмуро вел себя таможенник.

— Какая тут работа? Раз в неделю заблудится кто-нибудь.

— Тебе, значит, досмотреть меня положено?

Дело недолгое — багажа практически нет.

— Прекрати. Садись вон ближе к печке, обсохни. Дождя вроде нет, а у тебя сырое все.

— Транспорт такой, с открытым верхом.

В чугунной печке-буржуйке весело приплясывали огненные язычки. Кроме их слабых отсветов комната освещалась более ровным огнем керосиновой лампы. На столе лежали конторская тетрадь, толстый справочник по товарной номенклатуре и ксерокопии постановлений таможенного комитета.

Звали таможенника Петром Вельяминовым.

Мало-помалу мужик разговорился, рассказал, как живет.

— Помнишь Верещагина из «Белого солнца пустыни»? Примерно так. Плюс в том, что басмачей нету — нечего им пока здесь ловить. Минус в том, что он с женой жил, а я разведенный, он России служил, а я другой стране.

— Удивительно, как тебя взяли. Обычно своих на таможню ставят.

— На хлебные места. А здесь таможня появилась по недоразумению. Что стоит проехать мимо — пока сухо, куда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.