Библиотека

Тетрадь князя Путятина стр. 100

Размер шрифта
-
+
Тема

не только с ней.

Ленинградское утро

– Фефочка! – с порога крикнула Маша, с раннего утра убежавшая гулять. – Знаешь чего? Не знаешь! У нас на Кирочной кинотеатр открыли!

– Возрадуйся, люд честной! – провозгласила Фефа из кухни.

– Ну, теперь учебники побоку, – выходя из комнаты, пошутила Анна.

Она была умыта, причесана и выглядела, по мнению Фефы, «обычным порядком, хоть и без прикрас».

Маша, взвизгнув, бросилась ей на шею. Нацеловавшись, девочка отстранилась и подозрительно оглядела мать.

– Ты какая-то не такая.

– Какая не такая?

– Не такая, какой была.

Из кухни выглянула раскрасневшаяся от кулинарных хлопот Фефа.

– Ты что же, родную мать не узнаешь? Чего еще выдумала!

– Ничего я не выдумала! Она смотрит по-другому!

– Вот так? – спросила Анна, сводя глаза к носу.

– Да ну тебя! – обиделась Маша и за обедом, продолжая разглядывать мать, вдруг спросила:

– А Иркутск – это в Сибири?

– Ну да. Я же говорила тебе.

– А там разве жарче, чем у нас?

– Да чего ты прицепилась? – удивилась Фефа, подкладывая девочке картошки и посыпая ее укропом.

– В Сибири холодно, сама говорила, – не унималась Маша.

– Так что? – удивилась Анна.

– А как же ты смогла загореть? У тебя лицо темное.

– Тебе показалось, – равнодушно пожала плечами Анна и, спрятав улыбку, подумала: «Все рассмотрела, все заметила. И в кого только такая приметливая?»

– А ты одна там была? – продолжала допрос Маша.

– С дядей Ваней, – обрадовалась, что можно почти не врать, ответила Анна.

– А он привез мне подарок?

Анна моргнула. О подарках думать было абсолютно некогда никому из них, а что касается Лазуты, так он уже в вагоне, хвастаясь, показал ей флакон с одеколоном, купленным в самом модном – когда только успел? – парфюмерном бутике, и заявил, что пусть хоть расстреляют, выкинуть его не даст. Слово «бутик» Лазута произносил с ударением на первом слоге, но выглядел при этом настоящим денди, и Анна не стала его ругать.

Теперь придется вместе бегать по магазинам в поисках подарка для Маши. Лишь бы та поверила, что он из Сибири.

– Привез, конечно. Вот придет завтра, отдаст.

После обеда за Машей прибежали подружки, и все вместе они отправились смотреть новый кинотеатр.

Анна с Фефой посидели немного, обнявшись, но почти не разговаривали.

Обычно словоохотливая Фефа на этот раз только спросила, все ли ладно.

Анна ответила, что все хорошо, и отправилась разбирать вещи.

На самом деле ей очень хотелось рассказать, что они виделись с Егером, но делать это было нельзя. И нельзя было похвастаться чудесным платьем, которое подарил Кама.

По правилам надо было оставить его в Париже, но она не смогла. Так и тащила через границу.

Достав его из котомки, Анна подошла к зеркалу и приложила к себе.

– Хороша была Танюша, краше не было в селе, – прошептала она, вглядываясь в свое отражение.

Это было глупо и неправильно, но ей хотелось хоть на мгновение представить себя входящей в вестибюль Гранд-опера и увидеть его, замершего от восторга.

Очарование длилось всего миг, после чего она сложила платье и уже хотела сунуть его на самое дно сундука, в котором хранились переложенные листьями герани и ромашки зимние вещи, как заметила невесть откуда взявшийся кулечек. Развернув кусок газеты, она увидела маленькую золотую брошь в виде стрекозы и приколотое

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.