Тиберианец стр. 4
Глеб успокаивал поденщиков (мурглы работали за еду, большего не требовали), жили в пещере у холма, но если испугаются — жди беды. Обычно добродушные, они иногда без видимого повода впадали в ярость, и тогда ущерба не миновать. Что-нибудь обязательно поломают, силы-то немерено.
Оттащив кусок обшивки к краю поля, он напоил и успокоил мурглов. Те примирительно рыкнули и потянули, лемех вновь начал резать податливую почву, оставляя ровную борозду.
Дед упрямился, не сдаваясь возрасту, за плуг Глеба не пускал, а он и не настаивал. Стезя землепашца, если честно, не привлекала. Юность кипела в крови, требовала большего.
Книга, за чтение которой постоянно пенял дед, осталась единственной памятью о страшных событиях двенадцатилетней давности.
Старый тиберианец спас ему жизнь. В подвале его кособокой избушки оказалось оборудованное убежище, где мальчишка провел без малого две недели. Массивная дверь с лязгом закрылась за ним и больше уже не поддавалась никаким усилиям. Казалось, что открыть ее изнутри невозможно.
Он ел, пил, спал, прислушивался, злился, плакал, но ничего не мог поделать. В конце концов, мальчишка смирился, — коротал время за чтением книги, которую успел схватить со стола, прежде чем спуститься в подвал.
…Глеб не заметил, как глубоко задумался. Сидел, глядя вдаль, где у горизонта туманились дымкой горы.
— Скучаешь?
Юноша обернулся. Сыть. Торговец. Ногу он потерял при прошлом Смещении. Теперь ковыляет на деревяшке. Скаредный, глотка воды у него задаром не выпросишь.
— Тебе чего?
— Да спросить хотел, почему не заходишь?
— Некогда мне по округе шататься.
— То и гляжу, дед пашет, а ты в теньке?
— Да не пускает он меня за плуг. Говорит, борозду криво веду.
— Неправильно живем, — Сыть присел рядышком, вытянул здоровую ногу, поморщился. — Месяц до Смещения остался, а на всю деревню два ружьишка плохоньких. Как в Сумерках отбиваться, когда твари из порталов полезут?
— Порталы разрушились. Сам ведь знаешь.
— Неправда. Окрест есть еще три. Думаешь в этот раз не сработают?
Глеб насупился, отвечать не стал.
— От меня-то чего хочешь? — наконец спросил он.
— Ты молодой, сильный. Грамоту знаешь, в технологиях кое-как разбираешься. Тебе ли поля пахать? Сходил бы в Гиблый лес.
— Смерть искать? Беду кликать?
— Не смерть, а оружие, дурень, — проворчал Сыть. — Я тебе клочок карты дам. Там два места отмечены, где раньше были укрепления тиберианцев. Говорят, полегли они все. Но вещички-то остались, как думаешь? — спросил торговец. — Находки на еду поменяю. Хоть на зерно, хоть на вяленое мясо.
— Так в округе полно железа, — сдерживая неприязнь, ответил Глеб.
— Э, брат, ты не глупи, ладно? От старых железок толку мало. Керамлит в кузнице не скуешь, тугоплавкий слишком. Я о настоящем оружии говорю. Тиберианцы в нем толк знали. А если, по случаю, логр найдешь, так я его сразу выкуплю. Какую цену ни попросишь. Хочешь, дочку за тебя выдам?
Так вот в чем дело? Логр ему нужен?! Торговец еще тот пройдоха, вон глаза как заблестели.
— Настю?
— Ее, красавицу.
— На логр обменяешь? — Глеб недобро прищурился, кулаки сжались.
Сыть опасливо отодвинулся.
— Ну чего сразу так?
— Ничего, — Глеб сдержался, рассматривая карту. — К скалам схожу. И не надо Смещением народ пугать. Мертвые те порталы, сколько веков минуло, а не работают. В прошлый раз какая-то аномалия приключилась.
— Ага. Аномалия. Как же. Половина деревни сгинуло, —