Тинкер стр. 179
начали мучить его, сначала вырвав последовательно все пальцы левой руки, потом кисть, а потом и всю руку. В конце концов, очевидно, они сломали ему все, что можно и нельзя, и, после нескольких полубредовых слов, написанных Расселом, вероятно, в состоянии болевого шока, дневник внезапно обрывался. Тинкер решила удалить мрачный файл насовсем.
Все это время она размышляла и над словами провидицы. Что, что осталось недосказанным? Впервые увидела Тинкер в ее молчании хайзенбергианскую логику: предвидение будущего, а следовательно, и способность избежать его, усложняет избрание правильного направления. Вероятно, провидица не хотела сбивать Тинкер с некоего пути, который она выбрала бы сама как единственно возможный. Эх, вот бы отыскать ключ к тому, что, предположительно, она должна сделать! Отвечать они категорическим отказом не стоит — это доказал умерший Генри Рассел. Но и полное сотрудничество с ними невозможно.
В полном изнеможении Тинкер уронила компьютер на футон и подошла к окну посмотреть на звездное небо. В небе висела полная Луна, совершенно такая же, как на Земле или на Эльфдоме. Тинкер стала искать планеты, которые месяц назад, на Эльфдоме, стояли так близко друг к другу…
— Прекрати смотреть в окно, — простонала из своего угла Чио.
— Почему?
— Потому что от этого у меня болит голова.
— Почему это у тебя болит голова оттого, что я смотрю в окно?
— Потому что ты маленькая глупая фальшивая эльфийка, а все это — глупая трата моих способностей. Разве мое предназначение только в том, чтобы быть твоей надсмотрщицей? Ты никогда не спроектируешь эти ворота, и мое время и старания пропадут зря.
— Ну, тогда отпусти меня.
Чио бросила на нее мрачный, чернее ночи, взгляд.
— Да они просто закуют тебя в кандалы и швырнут в тесную и сырую яму. Будут кидать тебе заплесневелые крошки и тараканов в качестве белковой пищи. Почему это, интересно, ты должна жить как принцесса?
— Потому что от нее зависит весь план, — сказал Рики, появившийся в дверях с кипой одежды в руках. Чио что-то пролаяла ему на языке они, в ответ он презрительно рассмеялся.
— Мечтай, мечтай, маленькая кицунэ! Этого не случится. Мы никогда не станем для них чем-то большим, чем то, ради чего они нас создали. Мы просто инструменты. Молоток не превратится в аристократа только потому, что ему поддался упрямый, но жизненно важный гвоздь. Этим молотком либо вколачивают другой гвоздь, либо отбрасывают его в сторону и любуются тем, что было сделано с его помощью.
— Аристократа? — спросила Тинкер.
Так, значит, эти дурацкие «леди Чио» — всего лишь сладкая надежда Чио на вознаграждение за то, что она шпионила за Мейнардом и служит надсмотрщицей у нее.
— Онихида — сугубо феодальное общество. Яркие искры здесь крайне редки. — На ступне Рики виднелись целебные заклятия, и сама нога выглядела почти нормально. Но при ходьбе они прихрамывал и морщился от боли. — Кажется, мы навсегда застряли в мрачном средневековье. Аристократию обычно составляют высокородные, но иногда и низкородный может добраться до титула младшего лорда с помощью жестокости и педантизма. Таков, например, лорд Томтом. Но чаще всего, конечно, низкородные — это просто инструменты, сделанные высокородными. Ты, например, была создана Ветроволком.
— Ветроволк меня изменил, но не создал.
— Создать, изменить, обратить, слепить, все едино. Вот твоя одежда.
И