Тинкер стр. 191
отвернулся, поскольку в это время ввели огромного варга в наморднике, на толстом, как палка, поводке. Зверь натягивал поводок, порываясь к Чио.
— Так устройте этот нож! — кричала Воробьиха, не соглашаясь с тем, что ее игнорируют. — Или стрелу, или меч! Убейте его!
Тинкер вырывалась из рук Рики. «Заткнись, сука! Заткнись!»
Томтом сказал еще более ровным, еще более холодным тоном:
— Я здесь не для того, чтобы повторять сам себя. Или ты хочешь последовать за кицунэ?
Только после этого Воробьиха перевела взгляд на Чио, и то же сделала Тинкер. Возбужденный варг нависал над кицунэ; его непропорционально большой детородный орган пытался найти вход в ее тонкое тело. Тинкер стала смотреть в сторону, отчаянно пытаясь сосредоточиться на чем угодно, только не на Чио и ее все более резких криках. Воробьиха смотрела не отрываясь и не моргнула даже тогда, когда кицунэ издала вопль агонии. Тинкер горбила спину, стараясь не слушать ужасное пыхтение зверя и бесконечные лающие звуки ужаса и боли, которые теперь издавала Чио. Она хотела закрыть уши, но Рики не ослаблял хватки.
Воробьиха оторвала взгляд от безбожного союза.
— Да будет так. Пусть Волк, Который Правит станет тем самым домана, которого вы попробуете на зуб! Если вы хотите завоевать эту страну, то рано или поздно вам
придется встретиться с ними лицом к лицу.
— О, отлично, он повязал ее! — Томтом словно не замечал Воробьиху, предпочитая ей выведение новой породы. — Если она ощенится в срок, то в следующий сезон я повторю случку. — Томтом глянул на Тинкер. — Так у этой геном домана? Может, я и сам случусь с нею. Она крохотная, но это, возможно, придает ей своеобразный детский аллюр.
Тинкер просто съежилась под его клиническим взглядом.
— Спариться с нею вы успеете позже, — сказала Воробьиха. — Провидица королевы говорит, что она является ключом к нашим планам, связанным с воротами.
— Мне это уже докладывали.
Осведомленность Томтома явно ошеломила Воробьиху. Наверняка Чио сообщила об этом своему лорду, прочитав мысли Тинкер.
— Провидица сказала, — продолжала Воробьиха, — что единственным способом связать ее являются узы ее собственного изготовления.
— Что это значит? — спросил Томтом.
— Вы сможете удержать ее, только если обещания будут даны добровольно, — объяснила Воробьиха. — Как вам это удастся, не знаю, меня это не касается. Пытайте ее, если понадобится, но только свяжите. Она снова улизнет, если вы этого не сделаете.
На этом Воробьиха кивнула и удалилась, оставив Тинкер наедине с врагами и не удостоив ее даже взглядом. Тинкер думала, что ненавидит Рики и Чио. Теперь она поняла, что то была лишь тень ненависти.
Поймав взгляд лорда Томоваритомо, Рики отпустил Тинкер.
— Ты была человеком, то есть слабейшим из нас, — сказал Томтом, изучая ее своими кошачьими глазами. — Если бы эльфы оставили ворота между нашими мирами открытыми, мы бы давно уже поработили людей. Все люди — слабаки.
— Мускулы не нужны тем, у кого есть мозги, — парировала Тинкер.
— Вопрос в том, в какой степени ты уже стала эльфом? — сказал лорд Томоваритомо. — Если я накажу тебя, как положено, сможешь ли ты после этого выжить? Человек не смог.
Он имел в виду Рассела, расчлененного дюйм за дюймом. Она прижала руки к груди, и он рассмеялся. Она попыталась не думать о блестящих острых ножах, о