Библиотека

Тьма чернее ночи стр. 165

Размер шрифта
-
+
Тема

ростом. Лэнгуайзер даже оглянулась на Босха, и он увидел победный блеск в ее глазах.

Он внимательно посмотрел на обвиняемого. Дэвид Стори медленно повернулся, и их глаза встретились в последний раз. Босх не улыбался. Не моргал. Он ничего не делал – только смотрел. В конце концов Стори первым отвел глаза и уставился на лежащие на коленях руки. Босх ощутил пробежавшую по телу дрожь. Ему уже случалось испытывать такое – когда перед ним на мгновение возникало обычно скрытое лицо чудовища.

Консультации закончились, обвинители быстро пошли к своим местам; возбуждение сквозило в их походке и на лицах. Джон Ризн Фауккс, напротив, будто с трудом передвигал ноги.

– Вот и все, Фауккс, – вполголоса проговорил Босх.

Лэнгуайзер схватила Босха за плечо.

– Он собирается признаться, – прошептала она возбужденно. – Кременц и Лопес. Когда ты подошел туда, ты предложил назначение наказаний с последовательным или одновременным их отбыванием?

– Ни того ни другого.

– Ладно. Мы просто согласились на одновременное, но идем в кабинет судьи вырабатывать детали. Сначала нужно официально обвинить Стори в убийстве Лопес. Хочешь пойти и произвести арест?

– Как угодно.

Босх знал, что это просто юридическая формальность. Стори уже находился под стражей.

– Ты заслужил, Гарри. Мы хотим, чтобы ты был там.

– Превосходно.

Судья один раз ударил молотком, привлекая внимание присутствующих. Репортеры на галерее для прессы подались вперед. Они понимали: происходит что-то серьезное.

– Объявляется перерыв до десяти часов, – объявил судья. – Сейчас я приглашаю стороны в мой кабинет.

Он вскочил и быстро спустился по трем ступеням к задней двери – раньше, чем полицейский успел объявить:

– Всем встать.

46

Маккалеб не приближался к "Попутной волне" даже после того, как с ней закончили детективы и судебные техники. С середины дня до темноты лодка находилась под наблюдением репортеров и телевизионщиков. Стрельба на борту плюс арест Таферо и внезапное признание вины Дэвидом Стори превратили яхту в главную звезду истории, быстро развивавшейся в течение дня. Местные каналы вели прямые репортажи из залива на фоне "Попутной волны" с желтой полицейской лентой, натянутой поперек двери салона.

Почти всю вторую половину дня Маккалеб прятался на шлюпке Локриджа, а если высовывал голову в люк, чтобы посмотреть, что происходит на улице, то надевал мягкую шляпу из запасов Бадди. Уехав из управления шерифа и добравшись до залива раньше прессы, Маккалеб отыскал Бадди и извинился за предположение, что это напарник допустил утечку по делу Ганна. Бадди, в свою очередь, извинился за использование "Попутной волны" и каюты Маккалеба для эротических свиданий с массажистками. Маккалеб пообещал сказать Грасиеле, что был не прав насчет источника утечки информации. Он также пообещал не рассказывать ей о массажистках. Бадди не хотелось бы, чтобы Грасиела думала о нем хуже, чем, возможно, уже думает.

Прячась на шлюпке, они следили за событиями дня по двенадцатидюймовому телевизору Бадди. Девятый канал, самый популярный, транслировал процесс Стори в прямом эфире; теперь по нему передавали непрерывные репортажи из суда Ван-Нуйса и управления шерифа.

Маккалеба события дня оглушили и ужаснули. В Ван-Нуйсе Дэвид Стори вдруг заявил о признании вины в двух убийствах; одновременно суд в деловой части Лос-Анджелеса обвинил его в соучастии в заговоре по делу Ганна. Режиссер избежал смертной казни по первым двум случаям, но все еще

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.