Точка зрения стр. 14
пропастью во ржи! Ты говорил, что не надо объявлять расторгнутые браки в газетах, ты опять лгал: их давно не объявляют. Ты изолгался!
— Люди узнаются на крутых поворотах, — сурово сказал Дед. — Я не случайно заговорил о материальной, так сказать, стороне дела. Когда он говорил о четырех компонентах, в его словах чувствовалась какая-то неуверенность, он все время что-то недоговаривал. Меня не проведешь, молодой человек. Я раскусывал экземпляры посложнее, и мне жаль вашего отца и вашу мать: не велика радость иметь такого сына.
— Я осознал, товарищи, — жалко залепетал Жених. — Мне ужасно стыдно. Мне… я… Мне так трудно сейчас… — он сморщился, сдерживая невольные слезы… Махнул рукой и быстро вышел, не попрощавшись.
— Ничего, у него есть еще время стать настоящим человеком, — все также сурово сказал Дед. — Помогите ему, не оставляйте сегодня его одного.
— Какой ужас! — простонал Отец Жениха. — Какой ужас!.. До свиданья!
— Вот до чего доводит дурная компания, — сказала Мать Жениха. — До свиданья.
— До свиданья.
— До свиданья.
— Всего хорошего, — сказал Дед. — Последите сегодня за ним. Уберите из его комнаты все ножи, вилки — вообще колющие предметы. Но особенно чернила — не допускайте, чтобы он писал упадочнические стихи.
Мать Жениха и Отец Жениха ушли. Тут на середину комнаты вышел Непонятно кто (Толик).
— Николай Арсеньевич, и вы, Анна Иванна, и вы, Арсений Назарыч… — голос Толика слегка дрожал. — Одним словом, я прошу руки вашей дочери и внучки. Извините за дерзость.
Мать Невесты : — Как?
Отец Невесты : — Как?
Дед : — Как?
— Я давно люблю Катю. Но я знал, что она дружит с этим… Я не хотел мешать их счастью.
— Это бла-ародно, молодой человек!
— Я на последнем курсе филологического факультета — изучаю язык древних арабов. Защищаю диплом и еду на Крайний Север. Многим это может показаться странным — зачем, мол? Я же убежден, что мое знание древнеарабского языка пригодится в суровой тундре.
— Ничего в этом странного нет! — воскликнул Дед. — Это бла-ародно.
— А пока я живу в общежитии, гол как сокол, за душой — ни копейки. Все — в будущем. Если вас это смущает, скажите сразу — я напишу на вас фельетон.
— Что вы! — воскликнул Отец Невесты. — Кого это может смущать?
— Но учтите, дети мои, семейная жизнь, да еще в условиях тундры… — Мать Невесты опять всплакнула.
— Браво, молодой человек! — опять воскликнул Дед. — Я когда-то так же начинал.
— Толик!.. Толька… — Невеста бросилась к Толику. — Я всегда за тебя голосовала!..
Волшебный человек взял веточку у Оптимиста, махнул ею — стена дома сомкнулась.
— Я затрудняюсь, молодые люди, — сказал он. — Вот что: у меня есть заместитель по оргвопросам, я попрошу его побеседовать с вами, он дока в этих делах. Потом мы решим, — и Волшебный человек исчез.
А Пессимист и Оптимист опять заспорили.
— Ты кретин, — сказал Пессимист.
— Нет, это ты кретин, — ответил Оптимист.
— Ты — восторженный конь!
— Подонок!
— Сейчас я тебя буду бить!
Тут они стали драться. Прибежали люди, разняли их. Пришел милиционер.
— В чем дело, граждане?
Оптимист показал на Пессимиста.
— Вот этот тип исказил картину жизни!
— Нет, это ты исказил!
— Нет, ты!
— Нет, ты!
Милиционер видит, что так они ни до чего не договорятся, хотел их взять с собой, но тут