Библиотека

Том 2. Стихотворения и поэмы 1904-1908 стр. 111

Размер шрифта
-
+
Тема

ночи я безволен,

Жду чудес, дремлю без сна.

В песнях дальних колоколен

Пробуждается весна.

Чутко веет над столицей

Угнетенного Петра.

Вечерница льнет к деннице,

Несказа́нней вечера.

И зарей — очам усталым

Предстоит, озарена,

За прозрачным покрывалом

Лучезарная Жена…

Вдруг летит с отвагой ратной —

В бранном шлеме голова —

Ясный, Кроткий, Златолатный,

Кем возвысилась Москва!

Ангел, Мученик, Посланец

Поднял звонкую трубу…

Слышу ко́ней тяжкий танец,

Вижу смертную борьбу…

Светлый Муж ударил Деда!

Белый — черного коня!..

Пусть последняя победа

Довершится без меня!..

Я бегу на воздух вольный,

Жаром битвы утомлен…

Бейся, колокол раздольный,

Разглашай весенний звон!

Чуждый спорам, верный взорам

Девы алых вечеров,

Я опять иду дозором

В тень узорных теремов:

Не мелькнет ли луч в светлице?

Не зажгутся ль терема?

Не сойдет ли от божницы

Лучезарная Сама?

22 февраля 1904

Обман

В пустом переулке весенние воды

Бегут, бормочут, а девушка хохочет.

Пьяный красный карлик не дает проходу,

Пляшет, брызжет воду, платье мочит.

Девушке страшно. Закрылась платочком.

Темный вечер ближе. Солнце за трубой.

Карлик прыгнул в лужицу красным комочком,

Гонит струйку к струйке сморщенной рукой.

Девушку мани́т и пугает отраженье.

Издали мигнул одинокий фонарь.

Красное солнце село за строенье.

Хохот. Всплески. Брызги. Фабричная гарь.

Будто издали невнятно доносятся звуки…

Где-то каплет с крыши… где-то кашель старика…

Безжизненно цепляются холодные руки…

В расширенных глазах не видно зрачка…

· · · · ·

Как страшно! Как бездомно! Там, у забора,

Легла некрасивым мокрым комком.

Плачет, чтобы ночь протянулась не скоро —

Стыдно возвратиться с дьявольским клеймом…

Утро. Тучки. Дымы. Опрокинутые кадки.

В светлых струйках весело пляшет синева.

По улицам ставят красные рогатки.

Шлепают солдатики: раз! два! раз! два!

В переулке у мокрого забора над телом

Спящей девушки — трясется, бормочет голова;

Безобразный карлик занят делом:

Спускает в ручеек башмаки: раз! два!

Башмаки, крутясь, несутся по теченью,

Стремительно обгоняет их красный колпак…

Хохот. Всплески. Брызги. Еще

мгновенье —

Плывут собачьи уши, борода и красный фрак…

Пронеслись, — и струйки шепчутся невнятно.

Девушка медленно очнулась от сна:

В глазах ее красно-голубые пятна.

Блестки солнца. Струйки. Брызги. Весна.

5 марта 1904

«Вечность бросила в город…»

Вечность бросила в город

  Оловянный закат.

Край небесный распорот,

  Переулки гудят.

Всё бессилье гаданья

  У меня на плечах.

В окнах фабрик — преданья

  О разгульных ночах.

Оловянные кровли —

  Всем безумным приют.

В этот город торговли

  Небеса не сойдут.

Этот воздух так гулок,

  Так заманчив обман.

Уводи, переулок,

  В дымно-сизый туман…

26 июня 1904

«Город в красные пределы…»

Город в красные пределы

Мертвый лик свой обратил,

Серо-каменное тело

Кровью солнца окатил.

Стены фабрик, стекла окон,

Грязно-рыжее пальто,

Развевающийся локон —

Всё закатом залито.

Блещут искристые гривы

Золотых, как жар, коней,

Мчатся бешеные дива

Жадных облачных грудей,

Красный дворник плещет ведра

С пьяно-алою водой,

Пляшут огненные бедра

Проститутки площадной,

И на башне колокольной

В гулкий пляс и медный зык

Кажет колокол раздольный

Окровавленный язык.

28 июня 1904

«Я жалобной рукой сжимаю свой костыль…»

Я жалобной рукой сжимаю свой костыль.

Мой друг — влюблен в луну — живет ее обманом.

Вот — третий на пути. О, милый друг мой, ты ль

В измятом картузе над взором оловянным?

И —

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.