Библиотека

Том 2. Стихотворения и поэмы 1904-1908 стр. 87

Размер шрифта
-
+
Тема

тобой, девочка, за́ море.

— А за морем есть мама?

        — Нет.

— А где мама?

    — Умерла.

       — Что это значит?

— Это значит: вон идет глупый поэт:

Он вечно о чем-то плачет.

— О чем?

    — О розовом капоре.

— Так у него нет мамы?

— Есть. Только ему нипочем:

Ему хочется за́ море,

Где живет Прекрасная Дама.

— А эта Дама — добрая?

       — Да.

— Так зачем же она не приходит?

— Она не придет никогда:

Она не ездит на пароходе.

Подошла ночка,

Кончился разговор папы с дочкой.

Июль 1905

У моря

Стоит полукруг зари.

Скоро солнце совсем уйдет.

— Смотри, папа, смотри,

Какой к нам корабль плывет!

— Ах, дочка, лучше бы нам

Уйти от берега прочь…

Смотри: он несет по волнам

Нам светлым — темную ночь…

— Нет, папа, взгляни разок,

Какой на нем пестрый флаг!

Ах, как его голос высок!

Ах, как освещен маяк!

— Дочка, то сирена поет.

Берегись, пойдем-ка домой…

Смотри: уж туман ползет:

Корабль стал совсем голубой…

Но дочка плачет навзрыд,

Глубь морская ее мани́т,

И хочет пуститься вплавь,

Чтобы сон обратился в явь.

Июль 1905

Моей матери («Тихо. И будет всё тише…»)

Тихо. И будет всё тише.

Флаг бесполезный опущен.

Только флюгарка на крыше

Сладко поет о грядущем.

Ветром в полнебе раскинут,

Дымом и солнцем взволнован,

Бедный петух очарован,

В синюю глубь опрокинут.

В круге окна слухового

Лик мой, как нимбом, украшен.

Профиль лица воскового

Правилен, прост и нестрашен.

Смолы пахучие жарки,

Дали извечно туманны…

Сладки мне песни флюгарки:

Пой, петушок оловянный!

Июль 1905

«Старость мертвая бродит вокруг…»

Старость мертвая бродит вокруг,

В зеленях утонула дорожка.

Я пилю наверху полукруг —

Я пилю слуховое окошко.

Чую дали — и капли смолы

Проступают в сосновые жилки.

Прорываются визги пилы,

И летят золотые опилки.

Вот последний свистящий раскол —

И дощечка летит в неизвестность…

В остром запахе тающих смол

Подо мной распахнулась окрестность…

Всё закатное небо — в дреме́,

Удлиняются дольние тени,

И на розовой гаснет корме

Уплывающий кормщик весенний…

Вот — мы с ним уплываем во тьму,

И корабль исчезает летучий…

Вот и кормщик — звездою падучей —

До свиданья!.. летит за корму…

Июль 1905

«В туманах, над сверканьем рос…»

В туманах, над сверканьем рос,

Безжалостный, святой и мудрый,

Я в старом парке дедов рос,

И солнце золотило кудри.

Не погасал лесной пожар,

Но, гарью солнечной влекомый,

Стрелой бросался я в угар,

Целуя воздух незнакомый.

И проходили сонмы лиц,

Всегда чужих и вечно взрослых,

Но я любил взлетанье птиц,

И лодку, и на лодке весла.

Я уплывал один в затон

Бездонной

заводи и мутной,

Где утлый остров окружен

Стеною ельника уютной.

И там в развесистую ель

Я доску клал и с нею реял,

И таяла моя качель,

И сонный ветер тихо веял.

И было как на Рождестве,

Когда игра давалась даром,

А жизнь всходила синим паром

К сусально-звездной синеве.

Июль 1905

Осенняя воля

Выхожу я в путь, открытый взорам,

Ветер гнет упругие кусты,

Битый камень лег по косогорам,

Желтой глины скудные пласты.

Разгулялась осень в мокрых долах,

Обнажила кладбища земли,

Но густых рябин в проезжих селах

Красный цвет зареет издали́.

Вот оно, мое веселье, пляшет

И звенит, звенит, в кустах пропав!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.