Том 4. Белая гвардия, Дни Турбиных стр. 512
Николка . Штабная сволочь!
Гул и рев.
Юнкера . Что нам делать теперь?
— В гроб ложиться!
— Позор!..
— Поди ты к черту!.. Что ты, на митинге?
— Стоять смирно!
— В капкан загнали.
Третий юнкер (вбегает с плачем). Кричали: вперед, вперед, а теперь — назад. Найду гетмана — убью!
Первый офицер . Убрать эту бабу к черту! Юнкера, слушайте: если верно, что говорит этот полковник, — равняйся на меня! Достанем эшелоны — и на Дон, к Деникину!
Юнкера . На Дон! К Деникину!..
— Легкое дело… что ты несешь!
— На Дон — невозможно!..
Студзинский . Алексей Васильевич, верно, надо все бросить и вывезти дивизион на Дон.
Алексей . Капитан Студзинский! Не сметь! Я командую дивизионом! Я буду приказывать, а вы — исполнять! На Дон? Слушайте, вы! Там, на Дону, вы встретите то же самое, если только на Дон проберетесь. Вы встретите тех же генералов и ту же штабную ораву.
Николка . Такую же штабную сволочь!
Алексей . Совершенно правильно. Они вас заставят драться с собственным народом. А когда он вам расколет головы, они убегут за границу… Я знаю, что в Ростове то же самое, что и в Киеве. Там дивизионы без снарядов, там юнкера без сапог, а офицеры сидят в кофейнях. Слушайте меня, друзья мои! Мне, боевому офицеру, поручили вас толкнуть в драку. Было бы за что. Я публично заявляю, что я вас не поведу и не пущу! Я вам говорю: белому движению на Украине конец. Ему конец в Ростове-на-Дону, всюду! Народ не с нами. Он против нас. Значит, кончено! Гроб! Крышка! И вот я, кадровый офицер Алексей Турбин, вынесший войну с германцами, чему свидетелями капитаны Студзинский и Мышлаевский, я на свою совесть и ответственность принимаю все, все принимаю, предупреждаю и, любя вас, посылаю домой. Я кончил.
Рев голосов. Внезапный разрыв.
Срывайте погоны, бросайте винтовки и немедленно по домам!
Юнкера срывают погоны, бросают винтовки.
Мышлаевский (кричит). Тише! Господин полковник, разрешите зажечь здание гимназии?
Алексей . Не разрешаю.
Пушечный удар. Дрогнули стекла.
Мышлаевский . Пулемет!
Студзинский . Юнкера, домой!
Мышлаевский . Юнкера, бей отбой, по домам!
Труба за сценой. Юнкера и офицеры разбегаются. Николка ударяет винтовкой в ящик с выключателями и убегает. Гаснет свет. Алексей у печки рвет бумаги, сжигает их. Долгая пауза. Входит Максим .
Алексей . Ты кто такой?
Максим . Я сторож здешний.
Алексей . Пошел отсюда вон, убьют тебя здесь.
Максим . Ваше высокоблагородие, куда ж это я отойду? Мне отходить нечего от казенного имущества. В двух классах парты поломали, такого убытку наделали, что я и выразить не могу. А свет… Много войска бывало, а такого — извините…
Алексей . Старик, уйди ты от меня.
Максим . Меня теперь хоть саблей рубите, а я не уйду. Мне что было сказано господином директором…
Алексей . Ну, что тебе сказано господином директором?
Максим . Максим, ты один останешься… Максим, гляди… А вы что же…
Алексей .