Томек ищет Снежного Человека стр. 158
отойти, но старый лама, очевидно, превозмог слабость и поспешно сказал несколько слов по-тибетски.
- Лама просит тебя, благородный сагиб, спокойно любоваться всем, что тебя интересует. Он говорит, что этим ты доставишь ему радость, - сказал Пандит Давасарман.
Томек взглянул на монахов. В их глазах не было ни возмущения, ни обиды. Они, правда, казались взволнованными, но смотрели на Томека с симпатией. Успокоившись, он стал поочередно рассматривать все предметы и взял в руки двойной нож с серебряным и медным лезвиями.
- Что это за нож? К чему он, ведь это не может быть оружием? - обратился Томек к Пандиту Давасарману.
Индиец перевел его слова монаху, который ответил с дрожью в голосе.
- Это жертвенный нож, - пояснил Давасарман. - Одно лезвие предназначено для духов воздуха, второе - для духов земли.
Как раз в это время у входа в храм послышался громкий голос боцмана. Поэтому все вместе с ламами вышли наружу, чтобы приветствовать его и помочь развьючить яков.
На землю спускался вечер. Ламы пригласили гостей на ужин в свои кельи, находившиеся на втором этаже. Во время ужина беседа коснулась легендарного существа, носившего среди тибетцев название Ми-те. Выслушав рассказ Пандита Давасармана об их приключении по пути в монастырь, ламы сказали, что вблизи монастыря довольно часто встречаются следы Ми-те. Неизвестные существа уже много раз подходили к монастырской деревушке.
Несмотря на весьма интересующую Томека тему беседы, он должен был уйти на отдых, так как чувствовал резь в глазах.
Чтобы скорее попасть в монастырь Кими, решено было выехать на рассвете. До границы Кашмира оставалось еще несколько дней пути. В Кими путешественники намеревались отдохнуть. Поэтому, как только настал рассвет, лошади и яки уже стояли у ворот монастыря.
После плохо проведенной ночи Томек был молчалив и вял. Он даже не обратил внимания на праздничные одежды монахов, которые вышли проводить караван. Юноша вскочил в седло и заслонил рукой слезящиеся глаза. Маститый лама лично проводил караван до самых молитвенных мельниц.
- Га-ле!.. Га-ле-пе! - воскликнул он на прощанье.
Караван быстро шел по неглубокому горному ущелью. Через час узкое ущелье вывело их в котловину, расположенную на значительной высоте. Здесь Томек внезапно остановил лошадь. Обеими руками закрыл глаза. Ехавший следом за ним Смуга, взглянув на друга, соскочил с седла. Подбежал к Томеку. Из-под пальцев юноши текли обильные слезы.
- Томек, Томек, что случилось? - воскликнул Смуга. - Андрей, Андрей! Остановитесь!
Путешественники окружили Томека. Отец помог ему сойти с лошади.
- Томек, что с тобой? - спросил встревоженный Вильмовский.
- Не знаю, у меня болят и слезятся глаза, - ответил Томек. - Я не могу смотреть на снег.
Из-под судорожно сжатых век Томека текли слезы.
- Снежная слепота! - воскликнул Пандит Давасарман.
- Ты прав, это действительно снежная слепота, - согласился опечаленный Смуга.
- Вчера, гоняясь за мнимым Снежным Человеком, ты потерял очки, что и стало причиной твоей болезни, - сказал Вильмовский. - Ехать дальше нельзя. Либо остановимся здесь, либо вернемся в монастырь.
- Долго мне придется болеть? - спросил Томек.
- Не печалься, сагиб, болезнь продлится всего несколько часов. Через день или два ты будешь совершенно здоров, - утешил его Пандит Давасарман.
- Наш друг