Томек ищет Снежного Человека стр. 50
думаете, эта кобра и в самом деле ядовита? - вполголоса обратился к Вильмовскому генерал Макдональд.
- Думаю, что да! Впрочем, мы скоро в этом убедимся, - ответил Вильмовский. - Гибель цыплят рассеет сомнения.
- Ваша правда, но почему кобра не бросилась на этого хитреца с дудкой? - шепотом спросил боцман. - Если цыплята подохнут, то я поверю, что заклинатель умеет ладить со змеями. Или в этом замешана нечистая сила?
- Не говорите глупостей, боцман, - заявил Вильмовский, пожимая плечами. - Конечно, нельзя сказать, что заклинатели своим умением обращаться с ядовитыми змеями не возбуждают всеобщего восхищения. И все же они не обладают сверхъестественной силой. Они только умеют правильно обращаться со змеями и прекрасно знают их характер. Заклинатель подходит к змее лишь тогда, когда она успокоится. Кроме того, как я слышал, многие заклинатели погибают от укусов своих питомцев.
- Смотрите, смотрите! Цыплята дохнут! - воскликнул Томек.
И правда, первый цыпленок упал на пол. Он несколько раз дернул ногами и остался лежать неподвижно. Спустя несколько минут погиб и второй. Это было лучшим доказательством того, что кобра могла в любой миг лишить жизни заклинателя змей. Восхищенные его отвагой, европейцы дали заклинателю несколько рупий в награду.
Вскоре заклинатель вместе со своим смертоносным грузом ушел. Магараджа опять захлопал в ладоши. Шесть служителей внесли большие медные носилки с тлеющим древесным углем. За ними появился сгорбленный худой старик с длинной, седой бородой. Старик сел рядом с подносом, поджав под себя ноги. Он скрестил на груди руки и впал в задумчивость. Его глаза под косматыми бровями не выражали никакой заинтересованности белыми господами, стоявшими поодаль и беседовавшими вполголоса.
- Сагибы хотели увидеть настоящего индийского факира. Перед вами один из лучших факиров Индии. Возможно, он развлечет вас своим искусством, - сказал магараджа, с трудом подавляя лукавую усмешку, в которой чувствовалась уверенность, что он преподносит белым гостям превосходный сюрприз.
- Видать, факир будет жарить цыплят, убитых очковой змеей, - шепнул боцман.
- Ну что вы! - возмутился Томек. - Вот вы смеялись над заклинателем змей, а на опыте с цыплятами убедились, чья была правда.
- Послушай-ка, браток, ядовитая кобра - это тебе не миска с тлеющими угольками, - отрезал моряк. - Но ты прав, не говори гоп, пока не перескочишь! Быть может этот фокусник проглотит горячие угли?
Друзья прервали тихую беседу, так как факир вздрогнул, словно пробудившись от глубокого сна. Только теперь он обратил внимание на гостей, собравшихся в зале. Испытующим взглядом он водил по их лицам, не пропустив никого. Индийских служителей он едва удостаивал беглого взгляда, несколько дольше смотрел на магараджу, потом стал пристально всматриваться в лица белых сагибов. На Томека и боцмана смотрел не слишком долго, но на длительное время остановил взгляд на Вильмовском. Потом предметом его заинтересованности стали англичане, и, наконец, несколько мгновений он посвятил красавице рани.
Необыкновенное поведение факира заставило всех умолкнуть и сосредоточиться. В зале воцарилась таинственная, волнующая тишина. Вдруг факир сказал:
- Может, быть кто-нибудь из благородных сагибов желает лично проверить, в самом ли деле угли на подносе горят и обжигают?
Но, памятуя об опыте с ядовитой коброй, никто не спешил выразить своего сомнения. Факир переводил