Томек ищет Снежного Человека стр. 70
сказал Вильмовский. - А долго ли будет идти наш багаж?
- Через два дня он должен быть уже в Сринагаре. С собой мы возьмем лишь самое необходимое. Пойдемте к моему знакомому, который занимается тут перевозкой почты и пассажиров.
Владелец станции дилижансов встретил Пандита Давасармана и белых сагибов низкими поклонами. Это был высокий, полный кашмирец с хитрым выражением лица.
- Как дела, Бабукхан? Мы направляемся в Сринагар и хотели бы на твоих тонга добраться до Барамула, где пересядем на лодки. Ты и погонщики получат хороший дастур, если, конечно, мы останемся вами довольны, - сказал Пандит Давасарман.
- Селям, благородный господин, - ответил Бабуххан, прикладывая правую руку ко лбу. - Ты можешь не говорить о дастуре, потому что я знаю твою щедрость. Но увы, два тонга слишком мало, чтобы поместить сагибов и их багаж. Ты хорошо знаешь, о радость моих очей, что дорога очень плохая.
- Знаю, знаю, досточтимый Бабукхан. В тонга поедем только мы, а багаж ты отошлешь почтовым экка. Поспеши, пожалуйста, так как у нас очень мало времени. Метеорологический пост предупреждает, что в горах ожидается буря.
- Ты сказал, благородный и щедрый господин. Уже бегу давать соответствующие указания.
Бабукхан поспешно удалился. Во дворе послышался его громкий голос, как видно, он был возбужден перспективой хорошего заработка. Хозяин подгонял своих возниц.
- В тонга могут поместиться только два человека, поэтому молодой Вильмовский и я, как самые легкие из всех, поедем в одной повозке и возьмем с собой необходимый багаж, а вы сядете в другую повозку. Это позволит нам ехать с одинаковой скоростью - предложил Пандит Давасарман.
- Прекрасно, - согласился Вильмовский. Он предпочитал не оставлять простодушного боцмана наедине с Пандитом Давасарманом.
Не прошло и часа, как две легкие повозки остановились у дома. В первой из них заняли место Томек и Пандит Давасарман. По-видимому, Бабукхан, кроме условленной платы, получил хороший дастур, потому что "селямы" лились из его уст, как струи горного потока. Возницы уселись на козлы, Бабукхан еще раз поклонился Пандиту Давасарману и коснувшись рукой лба, сказал:
- Селям, благородный господин! Пусть всемогущий аллах хранит тебя в пути. Но, если ты предпочитаешь другое, пусть сопутствует тебе Шива, Вишну, или какая-нибудь могучая и красивая богиня!
- Селям, достопочтенный Бабукхан! Пусть и тебе благоприятствуют боги, дадут здоровье и... счастье в делах, - ответил Пандит Давасарман, многозначительно подмигнув мусульманину.
Возницы-пенджабцы, рослые и крепкие люди, хлопнули в воздухе бичами. Повозки тронулись в путь.
Томек задумчиво смотрел на необыкновенную картину, развертывавшуюся перед его взором. На севере, на фоне чистого, голубого неба, высились покрытые снегом вершины южного хребта Гималаев. После длительного, тяжелого путешествия по жарким равнинам Индии свежий горный ветерок был особенно приятен путешественникам. Сколько раз приходилось Томеку слышать в школе, что Гималаи представляют резкую климатическую границу между южно-азиатской сферой муссонов и континентальным климатом Средней Азии. Здесь проходил извечный путь через Кашмир из Индостана в Тибет, Памир и Китайский Туркестан. Здесь, на этом пути, встречались древнейшие культуры человечества.
Размышляя о том, с какой целью Смуга поехал в глубины Азии, Томек блуждал взором по белым от снега вершинам гор. Что, или кого, искал там Смуга? Предложит ли он им участие