Тонкий меч стр. 12
моего, но за ненормального он меня точно не принял. Нет, он улыбнулся так, что я увидел все его белоснежные зубы, и в глазах у него заплясали радостные искорки.
— Ну, идем? — спросил я.
— Сперва надо немножко поработать над твоим видом, — ответил он и выбрался из кустов. Я последовал за ним. Когда мы встали на ноги, он снял с себя плащ с красивой медно-красной подкладкой, вытащил несколько шипов, застрявших в ткани, а потом надел его мне на плечи. Плащ оказался тяжелее, чем я думал. Он был очень теплый. Трине застегнул пряжку на левом плече и накинул мне на голову большой широкий капюшон. Отступил на пару шагов и осмотрел меня.
— Не так уж и плохо. Только старайся их не высовывать, — он кивнул на мои босые ноги. — А теперь идем ко мне домой. Надо собрать вещи в дорогу.
Трине показал мне тропу прямиком в поселок, но мы по ней не пошли, чтобы ни с кем не встречаться. Вместо этого мы направились к реке. Она протекала по лугу, словно длинный кривой разрез от ножа, а по обоим берегам густо росли рябина и черемуха. Они укрывали нас от посторонних взглядов, пока мы шагали к далеким печным дымкам.
Приятно было идти босиком по влажной траве, чувствовать, как клевер щекочет ступни, а маленькие цветки застревают между пальцами. Когда мы дошли до дикой яблони, устроили привал. Трине залез на дерево и сорвал нам по яблоку. Мы уселись на берегу, опустили ноги в реку, плескали ими по воде и жевали яблоки.
В Царстве Смерти было как-то по-особому спокойно… словно на кладбище. Я не сразу догадался почему. А потом понял: обычно, когда сидишь вот так у реки, над тобой летают ласточки, пчелы и бабочки. А здесь мы были только вдвоем — я и Трине, да еще ветер, шевеливший траву.
— У вас что, тут нет ласточек? — спросил я.
— Чего? — переспросил Трине и выплюнул огрызок.
— Ласточек. А еще пчел и бабочек. Есть они в Царстве Смерти или нет?
— Насколько мне известно, нет, — ответил он, помедлил немного и спросил: — А кто они такие — эти ласточки, пчелы и бабочки?
Я постарался не рассмеяться: не хотел выглядеть невежливым. И все-таки забавно было сидеть вот так рядышком и болтать ногами в воде с тем, кто не знал об обыкновенных бабочках.
— А косули? — допытывался я. — Навозные жуки? Или ежи?
Трине понюхал цветок клевера и задумался.
— Пассатижи у папы в ящике для инструментов наверняка найдутся, — сказал он. — Но о других я никогда не слышал.
Я смотрел на темную мутную воду и чувствовал, как трава щекочет мою ладонь.
— А мухи? Про них ты слышал?
Раздался тихий всплеск, это Трине швырнул в воду палку.
— Не-а, — ответил он. — Ну что, пойдем?
И мы пошли дальше. Я вдруг почувствовал себя необыкновенно счастливым. Счастливым и сильным! И смелым! Но не только потому, что оказался там, где не было мух. Нет, не только поэтому. Может быть, потому, что не остался дома, а отправился за Семиллой.
Страна, где жили хильдины, называлась Хильд, рассказал Трине. А поселок, куда мы направлялись, назывался Хирн. У меня засосало под ложечкой, когда запахло печным дымом. Трине шагал рядом и