Библиотека

Тонкий меч стр. 136

Размер шрифта
-
+
Тема

из тех, кто всегда обманывает? И они с Брутусом отправились в зал.

Меня охватил неописуемый страх. Я расхаживал взад-вперед перед дверью и грыз ногти. Все тело напрягалось, сердце тяжело стучало в груди. Казалось, что от этих ударов у меня вот-вот разойдется шов. Принцесса, Трине и Хёдер, как могли, старались отвлечь меня. Но чем дольше тянулась операция, тем сильнее становился мой страх.

Наконец дверь открылась, и Господин Смерть высунул голову.

— Ты был прав, опухоль по-прежнему в теле Семиллы, — сообщил он.

— А что говорит Брутус? — спросил я. — Сумеет он удалить ее?

У меня в голове все еще звучали слова, которые сказал доктор у нас дома: опухоль удалить невозможно. Невозможно. А я не врач. Я просто поверил, что Брутус сумеет прооперировать Семиллу здесь. Но теперь я жутко испугался. Что, если я услышу, как фельдшер кричит: «Проклятье, ничего нельзя сделать!»

Однако Господин Смерть улыбнулся своей самой теплой улыбкой и сказал:

— Саша, Саша, не волнуйся, Брутус справится. Он уже приступил к операции.

Конечно! Ведь теперь мы не дома. Мы в Царстве Смерти, где почти нет невозможного — только умереть нельзя. Не знаю, причиной тому воздух, которым мы дышали, или вода, которую пили? Или дело в еде: кукурузных лепешках, миндальных пирожных, рагу с любистоком? Или самое важное — это солнце, которое освещало большой зеленый Сумеречный лес, просторную Вересковую пустошь и белые вершины Хресаров? А может, все вместе и делало нас бессмертными?

Но сейчас причина роли не играла. Просто следовало вырезать эту опухоль величиной с тыкву — всю, до последнего кусочка. Брутус крикнул из-за закрытой двери, чтобы Банке принес полотенец, иначе его медицинский сундучок вскоре смоет потоком крови. Я услышал это и едва не потерял сознание. Но Принцесса решительно взяла меня за руку, усадила на один из позолоченных стульев в коридоре и велела сидеть там, пока все не кончится.

Долгое время ничего не происходило. Разве что Банке с полотенцами, запыхавшись, пробежал мимо и тихо пробормотал, мол, не так-то просто угодить фельдшеру. Потом он открыл дверь в зал и проскользнул внутрь. Нам оставалось только ждать. Ждать и терзаться.

И вот наконец дверь снова распахнулась. Я вскочил со стула. Вытирая красные руки о полу халата, вышел Господин Смерть.

— Все закончилось. Ты можешь войти, — сообщил он. Кажется, доброе дело пошло ему на пользу: Господин Смерть не казался больше сморщенным и жалким, а снова держался уверенно.

Тихо-тихо прошмыгнул я в парадный зал. Семилла неподвижно лежала на столе. Светло-каштановые волосы в крови. Веки опущены. Казалось, она спит, но, услышав, что я вошел, улыбнулась и открыла глаза.

— Эта тинктура сделала свое дело, — сказала Семилла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я. — Тебе лучше?

— Я чувствую, что хочу лишь одного…

— Чего?

— Отправиться домой.

На радостях я не смог сдержаться и обнял ее, но очень-очень осторожно, чтобы не сделать ей больно. Я знал, что после лечения у фельдшера чувствуешь себя очень слабым.

Брутус ворчал что-то, складывая свои ножи в сундучок. Банке собрал использованные полотенца в большую гору и теперь стоял, скрестив копыта на животе, и добродушно поглядывал вокруг. Вид у него был удовлетворенный.

— Принести госпоже морс? — предложил он.

— Да, спасибо, Банке, — согласилась Семилла.

Он кивнул и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.