Топот шахматных лошадок стр. 18
— Белка дурашливо глянула на Вашека. Тот принял игру: всем своим видом изобразил примерного мальчика, с которым гулять одно удовольствие, мама может быть спокойна и счастлива.
Они расстались за воротами. Белке надо было налево, в булочную (у которой, кстати, бабки торговали луком и редиской). А Вашеку — направо, он жил в новом доме на улице Сурикова, в двух кварталах от Институтской.
Договорились, что созвонятся завтра.
Больница скорой помощиСёга качался на детских гимнастических кольцах. Он просунул в них ноги и висел вниз головой. Белые волосы были похожи на помело и едва не доставали до пола. В таком виде Сёга заулыбался навстречу Вашеку.
— Висит груша — нельзя скушать, — сказал Вашек. Сёга показал язык. Он никак не походил на грушу. Был он без футболки, и похожие на изогнутую проволоку ребра торчали под тонкой, как папиросная бумага кожей.
— Вашек, обед на плите, — сказала из спальни мама. Вашек заглянул к ней. Мама сидела у окна и держала красную Сёгину футболку. Часто двигала иглой.
— Ты что это шьешь?
— Вышиваю белую лошадку. На всякий случай. Пусть будет дополнительная защита…
— Вышей тогда еще G-1. Для полной точности.
— Обязательно… Иди поешь.
— А папа не придет?
— Позвонил, что задержится.
Вашек оглянулся на дверь.
— А вон то костлявое существо уже поело?
— Существо заявило, что у него опять нет аппетита, и ограничилось компотом. Просто не знаю, как с ним быть.
— Пообещай кормить через клизму!
— Я пообещала. Существо ответило где-то вычитанной фразой: «Клизма — не катаклизма, полезна для организма».
— Я не вычитал, я сам сочинил! — звонко возмутилось «существо» и упало на пол, стукнув локтями и коленями. Стук и голос разлетелись по всей квартире. Квартира была просторная, трехкомнатная. На нее ушли все многолетние накопления семейства Горватовых плюс всякие банковские кредиты. Затраты были такие, что теперь ни о каких летних поездках не могло быть речи. Разве что «выбить» для ребят льготные профсоюзные путевки в местный лагерь. Но Сёгу туда не взяли бы из-за медицинских сложностей, а чтобы Вашек поехал без брата — это помыслить было дико…
— Литературное дитя, — оценил Сёгино творчество Вашек и отправился на кухню. Налил в тарелку вермишелевый суп, устроился за столом. Пришел Сёга, уселся напротив, уткнулся в край стола острым подбородком. Серо-голубые глаза были слегка виноватыми — они всегда были такими после приступов. Вашек насупился. Он знал, что в этих случаях не стоит церемониться: от чрезмерной ласки Сёга мог неожиданно расплакаться.
— Больше не забывай брать лошадь с собой, растяпа, — сказал Вашек.
Сёга завозился, завздыхал:
— Я случайно. Больше не буду… Вот… — Из кармашка на красных шортиках он вытащил костяного конька, поставил на кленку. Поиграл им: — Прыг-скок на восток…
— Почему на восток? — глотая вермишель, сказал Вашек.
— Потому что так складно…
Вошла мама с футболкой.
— Ну-ка, надень… Теперь, если забудешь свой амулет, все равно лошадка с тобой. Потом и на других рубашках вышью…
— Мама, спасибо… — Сёга засветился, потерся щекой о ее руку. Он не сразу привык называть «тетю Полю» мамой, но все же привык и теперь всегда говорил это слово с удовольствием.
Мама глянула на Вашека:
— А что это за девочка была с тобой? Твоя одноклассница?
— Вовсе не одноклассница. Я даже не знаю, где она учится. Я ее кликнул на помощь с перепугу, когда существо вздумало опять фокусы показывать… А потом уж познакомились маленько.
В отместку за «существо» и «фокусы» Сёга тихонько сказал, как тогда, на улице:
— Тили-тили-тесто…
Вашек облизал блестящую ложку и нацелился ей Сёге по лбу.
— Ну-ка, без рукопашной, — предупредила мама. — По-моему, славная девочка… Если познакомились, то, наверно, знаешь как ее зовут?
— Ее зовут замечательно! Белка! То есть это сокращенное имя, а полное типа Элизабетта…
— Опять это дурацкое слово «типа»! Замусорили язык! Чтобы я больше не слышала! Вячеслав, ты меня понял?
— Типа того… Ой! Я случайно… Мама, а это что? Котлета? Можно, я лучше сразу компот?
— Вы сговорились, злодеи?
— А чего! Кому-то можно один компот, а кому-то…
— Вы меня уморите, — сказала мама, покидая кухню.
— Не-е! — в два голоса отозвались Вашек и Сёга.
— Вымойте посуду. И не вздумайте ходить на головах. Я буду отдыхать, у меня завтра дежурство…
Вашек и Сёга не стали ходить на головах (они, кстати,