Торжество справедливости стр. 107
исполнительные солдаты и прокуратура…
Затем долгое время они не говорили. Видимо, отвлекшись на чтение поступающих сообщений. И вдруг Патрисия с горечью воскликнула:
– Святые электроны! Всё-таки это правда!
– Вы знаете, я до сих пор сомневаюсь… – слишком уж вяло возразил Винселио Грок. – Может, здесь ошибка?
– Вы что, читать разучились?! Да здесь же каждое слово прописано. Сомнений быть не может.
– И что же теперь делать?
– О-о! Вот этого человека я точно теперь хотела бы разорвать собственными руками!!!
Похоже, Патрисия была вне себя от бешенства. Даже я заволновался не на шутку, прогоняя в голове тысячи мелькающих как в калейдоскопе предположений. А разговор, мне совершенно не понятный, продолжался своим ходом:
– А если всё-таки попробовать его взять лично? Как бы ненароком? – осторожно предложил маркиз.
– Все мои чувства требуют только одного: схватить этого урода и устроить ему хотя бы суточный допрос. Вы себе не представляете, сколько информации мы бы выкачали!
– Ну так…
– Нельзя! И все моё сознание призывает к сдержанности и хладнокровию. Я уже дала слово! В случае его нарушения санкции будут просто ужасными для империи в целом и для меня лично. Такие вещи идут выше всяких политических амбиций и межгосударственных отношений.
– Жаль…
– Где Хайнек?
– Ловит предателей по всему дворцу по наводкам, поступающим от Бофке. Хотя, скорей
всего, никого они больше не арестуют. Просто запугивают ради проформы. Все враги уже за решёткой.
– Ой не все, дорогой маркиз! Далеко не все! Берите эти бумаги – и за мной!
После этой фразы Патрисия походкой спешащего на охоту леопарда покинула имперский пункт связи, а через минуту за ней вслед бросился шаркающей походкой престарелый Винселио Грок.
«О ком это они? – спрашивал Булька, пока мы разворачивались в узкой щели и закрывали отверстие. – Я так ничего и не понял».
– Если бы я что-то понимал! – воскликнул я вслух. – Как говорится в древней пословице: знал бы прикуп – гулял бы все ночи! А так ползаю по сырым и пыльным подземельям! И это при том, что ночь ещё только впереди.
«И вдобавок подкладываешь под свои торчащие кости мою нежную и слабую плоть, – со скорбным вздохом добавил риптон. – Или всё-таки есть у нас надежды на беззаботные ночные гулянья?»
– Конечно, есть! Иначе бы я тут не лазил, а… уже бы давно гулял с имеющейся у меня казённой наличкой.
Ползти по проходу было удобно и даже приятно. Мои ладони, колени и локти защищала пружинящая и твёрдая плоть. Но только вот риптон продолжал жаловаться по этому поводу:
«Иногда я жалею, Что ты отказался стать вором имперских капиталов. Ты бы гулял, сколько тебе влезет, а я бы занимался наукой…»
– И сколько времени?
«Пока совесть бы нас не загрызла насмерть!» – уже с весёлым бульканьем ответил риптон.
Николя уже пытался перевернуться на бок, подсвечивая себе дрожащим в руке фонарём.
– Молодец! Здорово сработал! – с ходу стал я его нахваливать, помогая при этом подняться на четвереньки. – Уже только один сегодняшний день полностью окупил все строительство этих подземелий! Император спасён, и очередная награда тебе гарантирована.
– В гробу… я видел… эту награду! – выдавил Николя непослушными губами. – Шею, шею массируй! Кажется, у меня в голове вся кровь спеклась комком!
Я приложил свои руки к затылочной части пострадавшего