Тот, кто был в тени стр. 3
ищут. Ему вдруг стало тошно и гадко, когда он смотрел, как проститутка отчаянно старается вызвать к себе интерес матроса.
Примерно год назад или около того он тоже как-то пошел с женщиной.
Пошел из любопытства. Не то чтобы он хотел ее, просто это было необходимо – попробовать в первый раз, узнать, как все происходит, потому что ему надоели туманные намеки и перешептывания других парней. Когда все кончилось и он вышел от нее, ему стало плохо и стошнило – прямо на улице.
Юноша был убежденным девственником. Он ненавидел проявления похоти в себе, ненавидел самого себя за неумение понять и объяснить, что творится с ним в такие минуты и почему у него нет никакой власти над своим телом. Он с трудом выносил любые контакты с другими людьми. Ему хотелось жить в полном одиночестве, собственной чистой, ужасной, маленькой жизнью. И ничто не волновало его, кроме денег. Он убил де Бабара только ради денег. И только ради денег сделал уже много подлого и низкого за свою недолгую жизнь. Но денег у него все равно не было. Они просачивались сквозь пальцы как вода, вынуждая его снова и снова совершать все более гнусные поступки, идти на все более страшные злодеяния.
Официант принес пива и поставил кружку на стол. Постоял, ожидая, когда юноша расплатится, потом вернулся к бару.
Юноша не отнимал кружку от губ, пока не допил до дна. Зябко передернув плечами и поморщившись, он торопливо вытер рот тыльной стороной кисти.
Резко зазвонил телефон на стойке. Юноша вздрогнул, так что кружка чуть не выпала из рук. Бармен нырнул под прилавок и взял трубку. Послушав несколько секунд, он хмыкнул, нажал на рычаг и, перегнувшись через стойку, крикнул матросу:
– Уноси ноги, приятель, сюда сейчас солдаты придут! Они прочесывают все бары.
Матрос презрительно фыркнул:
– А мне какое дело?
– Идем, идем, милый, – затараторила проститутка, воспользовавшись благоприятной возможностью. – Идем со мной, там тебя солдаты не тронут.
Юноша задумчиво разглядывал эту парочку. «Там солдаты не тронут», – пронеслось у него в голове. Если он сам уйдет с проституткой, то спасется. Его затошнило от мысли, что надо будет остаться с ней наедине, но солдат он боялся больше.
– Пошла ты к черту, – отмахнулся меж тем пьяный матрос, уронил голову на стол и захрапел.
Юноша откинул волосы со лба, встал, громко отодвинув стул, и подошел к женщине.
– Я пойду с тобой, – прошептал он ей на ухо. – Сейчас, давай скорее.
Проститутка уставилась на него. То, что она увидела,
не вызвало в ней энтузиазма – какой-то уличный босяк. Сопляк без гроша в кармане.
– Отвали, – огрызнулась она. – У меня есть дела поважнее. – И грубо встряхнула матроса.
Дрожа всем телом, юноша достал из кармана деньги, разжал кулак перед ее носом и показал несколько смятых купюр.
– Не жди его – лучше возьми меня.
Проститутка сразу забыла про матроса. Заученная улыбка снова появилась на ее губах, и она вскочила со стула:
– Конечно идем. Да за такие деньги я тебе устрою развлечение по полной программе. Меня зовут Тереза. Красивое имя, правда?
Юноша так торопился поскорее убраться из бара,