Тот, кто был в тени стр. 55
большинстве случаев он понимает, что все произошло как раз наилучшим для него образом.
Мира нахмурилась:
– А что вы видите такого хорошего в том, что мы сидим взаперти в подвале и имеем все шансы в самом скором времени расстаться с жизнью?
Квентин улыбнулся:
– Пока, конечно, ничего хорошего я в этом не вижу, но, может быть, через полгода буду даже рад, что пережил такое.
– Нет, меня это как-то не успокаивает. Почему это должно было случиться именно с нами? Почему именно мы оказались запертыми здесь, в подвале?
– А почему не мы, а кто-то другой? Я не боюсь того, что с нами будет. А вы?
Лицо Миры вдруг перекосилось, она начала плакать.
– А я боюсь, очень! Я чувствую, что отсюда уже не выберусь. И все из-за того, что сделала такую ужасную глупость. И еще вы должны из-за меня страдать…
Квентин подошел к ней и сел рядом.
– Нет, все не так, – сказал он, протягивая ей свой платок. – Вы выберетесь, все будет нормально, мы вместе отсюда выберемся. Через несколько дней вы будете смотреть на все это как на забавное приключение и весело рассказывать обо всем друзьям.
Он обнял Миру, и она прижалась к нему. Они долго сидели так, потом женщина заснула.
5События начали развиваться сразу после полуночи. Стрельба и крики зловеще приближались. Мира проснулась, вздрогнув, от трех ружейных выстрелов, которые раздались прямо у них над головой, вскрикнула и стала дико озираться. В полутьме погреба она увидела Квентина, который стоял на коленях около двери и смотрел на ступени, идущие вверх. Свет отражался в стволе его револьвера. Мира на четвереньках подползла к нему.
– Что там?
– Что-то случилось. Наверное, повстанцы
узнали, что Фуэнтес здесь скрывается.
Снова наверху загремели выстрелы, потом до них донеслись яростные команды на испанском. Тяжелые ботинки загрохотали – солдаты занимали боевые позиции. Неожиданно крики стали
доноситься из сада вокруг отеля.
– Наверное, они решили его выкурить отсюда. Слушайте.
Шум, накативший волной издалека, постепенно превращался в оглушительный рев. Это был рев толпы с улицы. Весь подвал сотрясался от канонады выстрелов: солдаты расстреливали наступавших повстанцев. Потом раздался страшный визг, словно завопил напуганный ребенок, и оглушительный взрыв потряс все помещение, с потолка на Квентина и Миру посыпались куски штукатурки.
Женщину отбросило в сторону с ящика, на котором она сидела.
– Бомбу швырнули, – с трудом выговорил Квентин, помогая ей подняться. – Вы целы?
Она отряхнула платье двумя руками.
– Да… А они еще будут бросать бомбы? Нам здесь ничего не угрожает?
– Думаю, нет, этот подвал многое может выдержать. Интересно было бы посмотреть, как нашему генералу понравился фейерверк. – Квентин подошел к двери и выглянул на лестницу. Все ступеньки были засыпаны кусками штукатурки, воздух наполнен гарью и пылью. Снова началась стрельба, на этот раз уже не такая частая. – Видно, солдаты здесь долго не продержатся. Наверное, многих поубивало при взрыве бомбы.
Вдруг к лестнице подбежали два солдата, их перепутанные лица были покрыты слоем пыли, в глазах застыл неописуемый ужас. Квентин выстрелил в них из револьвера. В одного попал – солдат наклонился вперед и скатился по ступенькам вниз. Другой