Тот, кто меня разрушил стр. 8
белая футболка хоть выжимай, да ещё и надета на голое тело. Его взгляд опускается на грудь, идеально вырисовывающуюся под мокрой тканью. Он сглатывает, моргает, с трудом заставляет себя отвлечься.
— Что с вами?
— В вашем купе кто-то есть? — Голос проводницы настолько резкий, что царапает слух. Она смело шагает через порог, воинственно осматривая крохотное купе. Как будто в нём можно спрятаться! Я захожу следом, складываю полку и делаю приглашающий жест рукой. Убедившись, что я не прячу бесплатного пассажира, который периодически меня душит, проводница поджимает губы и буравит меня взглядом.
— Почему вы кричите? Утром всех перепугали и теперь снова. Что происходит?
— Мне приснился кошмар. Простите, я сейчас выпью кофе, чтобы больше не спать и не беспокоить пассажиров.
Я говорю тихо, вежливо, но не заискиваю. Я поклялась себе, что больше никогда не позволю себе заискивать. Ни перед кем.
Сосед вернулся из своего купе и подал мне небольшое полотенце. Мягкое, из египетского хлопка, с приятным запахом стирального порошка. Наверное, жена собирала его в дорогу.
— Всё, разошлись! Нечего на девушку смотреть! — Сжалившись надо мной, проводница разогнала любопытных. — Я вам сейчас кофе сделаю, горяченького. Раз уж и ночью не спалось, то в самый раз будет.
— Если нетрудно, сделайте кофе на двоих, — попросил сосед, вызвав у проводницы сальную улыбку.
— Оставьте меня, — устало попросила я.
— Простите, но не могу. Совесть не позволяет. Вы ночью кричали во сне, толкались в стену и плакали, я так и не смог заснуть. Вам плохо. Не заставляйте меня чувствовать себя последним подонком, позвольте вам помочь.
— Чем?
— Для начала убедиться, что вы не простудитесь.
— В поезде тридцать градусов.
— Всё равно. — Расправив полотенце, он высушил мои волосы, как заботливая мать — ребёнку. Потом щёлкнул по носу и улыбнулся. — Вот так-то лучше.
У него наверняка есть дети. Трое, а то и четверо.
— Сколько у вас детей?
— У меня только племяшки, — улыбнулся он. — Двое. Близнецы, если хотите знать, ходячие кошмарики. Теперь давайте, я выйду, а вы переоденетесь в сухое.
Через пять минут он вернулся с чашкой кофе, стаканом горячей воды и книгой. Забравшись с ногами на полку, я смотрела на идеальную синеву за окном. Мужчина отразился в стекле на фоне деревьев, и я долго разглядывала его, не подавляя симпатии. Отражения намного добрее и безопаснее людей.
— Значит, так. Мне — кофе, а вам — горячая вода. Моя бабушка говорила, что от кошмаров помогает горячее молоко. Молока у нас нет, так что попробуем воду. Выпейте и ложитесь спать, а я вас покараулю. Если что, разбужу или просто… — он отвёл взгляд, немного смущённо, — подержу за руку. — Выдерну вас из кошмара.
Да. Да и ещё раз да. Где же он был всю мою жизнь? Спаситель, чтоб его. Просто возьмёт и выдернет меня из кошмара? Наивный.
— Идите к себе, — устало подавляю в себе неприязнь к соседу и заворачиваюсь в простыню.
— Не могу, у вас уютнее.
— У вас точно такое же купе.
— В моём купе нет вас! — Сосед глубокомысленно дёрнул бровями. — Я шучу! Шучу! — увидев, как я подпрыгнула на полке, мужчина рассмеялся. — Вот, смотрите, я оставил дверь открытой. Позвольте мне хоть разок почувствовать себя джентльменом и покараулить покой дамы. Мне есть, чем заняться: я