Тот, кто стоит за спиной стр. 209
местечке, укрытом от посторонних глаз разросшимся вдоль воды кипреем. Вода текла прохладная, не успевавшая согреться на солнце, и в нестерпимую полуденную жару я пристрастился лежать в прохладе, к тому же вода текла явно полезная, настроение после неё у меня заметно улучшалось. К тому же в ручье водились пугливые рыбы необычной рубиново-изумрудной окраски, если я лежал в воде не шевелясь, они показывались из-под нависающих корней, приближались ко мне и начинали выбирать из шерсти мусор и прочую другую дрянь, это было приятно и полезно, самый всё-таки настоящий курорт. И вот в один из дней я лежал в прохладе и дремал, наблюдая только за тем, чтобы голова не опустилась в воду, и услышал шаги, и это были совсем не дети. Сначала я почуял довольно противный сигаретный дым, смешанный с крутым чесночным ароматом, затем через лес затрещали шаги. Шли двое, это я определил легко, правда, вот ступали они как-то тяжело, не по-человечески, это меня насторожило, не люблю я слишком тяжёлых людей, подозрительно это как-то.
Вот и сейчас мне это не понравилось, я осторожно вылез из ручья и, не отряхиваясь, выбрался на берег. Двое приближались. Я вдруг подумал, что они тащат тело. Так сосредоточенно и молча можно волочь только труп.
Но это оказался совсем не труп. Два мужика в спортивных костюмах, скорее всего физрук и завхоз, тащили ковёр. Точнее, палас – длинную, похожую на кишку трубу, изогнутую посередине. Мне сразу как-то полегчало, мужики натянули между двумя соснами верёвку, закинули на неё палас и принялись лупить хлопушками.
Работали они с душой, а пыли в паласе оказалось премного, она распространилась по сторонам едким облаком, достигла меня, я не удержался и чихнул.
– Слышал? – спросил физрук – от него пахло потом и матами.
– Не, – ответил хозяйственник, от него пахло хлоркой, стружкой и лопатами – каждая вещь пахнет особенно, особенно пахнут лопаты, загробным миром, если точно.
– Кашлянул вроде кто-то…
Хозяйственник
рыгнул и достал папиросы.
– Шишка упала, – сказал он. – Шишки падают с удивительными звуками, это как дождь.
Они принялись лупить по ковру, и скоро в воздухе повисла тяжёлая пыль, и мне захотелось чихнуть снова, так что пришлось прикусить язык. Звук от ковра получался громкий, он раскатывался по лесу, отскакивал от деревьев, заполнял собой всё вокруг, бум-бум-бум, и тишина.
Тишина наступила разом, я растерялся, глаза защипало от пыли.
– И что ты про всё это думаешь? – спросил физрук.
– Про что?
– Про собрание.
Хозяйственник не ответил, закурил. И физкультурник тоже закурил, и некоторое время они курили на пару и молчали, распространяя вокруг себя тревогу и дым, от которого мне хотелось чихнуть ещё сильнее.
– Собрание… По-моему, это чушь, – сказал хозяйственник. – Мракобесие мракобесит. Знаешь, мне иногда кажется, что наша Валентуха в секте состоит. Идея каждому ребёнку выдать по навигатору… Это бред!
– Родители не против. Слышал, что в городах творится?! Дети-то пропадают вроде как.
– И пенсионеры ещё. Все дружно пропадают, знаю-знаю. Иногда я сам думаю – а не пропасть ли?
– Зря шутишь, это серьёзно. У нас тут спокойно вроде бы, но уже и здесь что-то…
– Что не то? – насторожился хозяйственник.
– Интернет не работает. И мобильники…
– Так они и сразу не работали, – сказал хозяйственник. – Тут место такое. Низина,