Трам-парам, шерше ля фам стр. 99
раз в месяц…
Надежда в ужасе слушала исповедь маньяка и лихорадочно искала выход. Стараясь ни одним движением не выдать себя, она скосила глаза и оглядывала помещение в поисках чего-нибудь, что могло послужить оружием. Но ничего подходящего не было, только пластмассовое ведро и швабра стояли в двух шагах от нее – видимо, не так давно в домике побывала уборщица. Надежда представила, что нападет на маньяка, вооружившись ведром и шваброй, и подумала, что продержится не больше секунды. Она снова прислушалась к словам Валерия.
– Когда ты догадалась? – спросил он, склонившись над Светланой.
– Когда нашла твой тайник в гараже. Все эти вещи… ты что-то брал у каждой убитой женщины?
– Ну конечно, – Валерий усмехнулся. – По-моему, это естественно… я сентиментален, как все люди! Мне хотелось сохранить что-то на память о тех, с кем я был близок…
– Близок? Ты называешь это близостью?
– Конечно, это близость! Разве может быть большая близость, чем у того, кто умирает, с тем, кто дарует ему смерть? – Он вытянул вперед большие сильные руки, и Надежда вздрогнула, представив, как он душил этими руками несчастных молодых женщин. – Кроме того… – Валерий хихикнул. – Разве ты не заметила, какие вещи я подбирал? – Он заговорил вдруг тоненьким, детским голосом:
В этой маленькой корзинке Есть помада и духи, Ленты, кружева, ботинки – Что угодно для души!..
У одной женщины я взял духи, у другой – помаду, у третьей – ленту для волос… у четвертой хотел взять что-то кружевное, но не успел, и тогда взял часы, у них такой ажурный браслет, прямо настоящее кружево… конечно, это нечистая работа, но история меня простит… Да, вот еще что… – он вынул из кармана какую-то маленькую вещь и бросил на стол, – нужно туда положить…
– Да ты совсем ненормальный! – проговорила Светлана.
– Ладно, хватит болтать! – перебил ее Валерий. – Пора начинать…
Надежда снова взглянула на ведро… и увидела рядом с ним пластиковую бутылку с моющим средством. Как-то она такое покупала – в рекламе говорят, что всех микробов убивает, стоит дорого, а на самом деле – самая обычная хлорка…
Хлорка!
Надежда вспомнила разговор с дворничихой в том доме, где жила несчастная Лена Семушкина, одна из жертв Валерия. Та тетка сказала ей, что у Ленкиного любовника была аллергия на хлорку. Ну да, закрыл лицо, захрипел… Оттого и Светлана побледнела тогда, потому что точно узнала своего муженька.
А что, если попробовать… все равно других вариантов нет, а Валерий уже собирается перейти от разговоров к делу!
Надежда снова скосила глаза на маньяка. Он навис над Светланой, сжимая в руке нож, и не видел больше ничего вокруг, и уж, во всяком случае, забыл о самом существовании Надежды. Тогда она бесшумно перекатилась на бок, протянула руку, схватила флакон с моющим средством и сорвала с него колпачок. Подниматься на ноги было некогда, да и тяжело, она подползла поближе, встала на колени и из этого неудобного положения брызнула хлорной струей в лицо маньяку.
Тот выронил нож, закашлялся, схватился за лицо и завертелся на месте, как раненый медведь. Из груди его вырывалось хриплое дыхание, перемежаясь со стонами.
Надежда вскочила, подобрала валявшуюся в дальнем углу печально запомнившуюся ей сковороду, схватила ее обеими руками и ударила Валерия по