ТРАМПЕАДОР стр. 69
каналов водой из реки Неукена, она дает богатейшие урожаи. Создал эту совершенную оросительную систему конечно же итальянец, инженер Чиполлетти.
Среди множества испанских и итальянских поселений здесь есть даже английская сельскохозяйственная колония. Выращивают тут преимущественно фрукты, при том столь вкусные, что слава о них распространилась по всей Южной Америке. Однако лишь немногие знают, что район Рио-Негро по размерам почти не уступает Италии, но фрукты поставляет только этот небольшой, в тридцать-сорок квадратных километров, оазис.
На следующее утро мы начали спускаться вниз по Рио-Негро и вскоре увидели цветущие сады и виноградники. Они были геометрически правильной формы и резко контрастировали с окружающей их пустыней, этим беспорядочным нагромождением камней и песка. Здесь мы пробыли целых три дня, прежде чем добраться до селения, откуда началось наше путешествие.
Конечно, мы могли пробыть в этом оазисе и меньше, но нас задержала утомительная работа по отбору и отделке шкурок восьмидесяти пяти нутрий, ста семидесяти пяти лисиц, семи пум, двадцати двух нанду, пятидесяти пяти диких кошек и множества вонючек, европейских и патагонских зайцев, а также двух мешочков перьев.
Но, честно говоря, еще больше, чем отбор и разделка шкурок, меня удерживало здесь нежелание перейти на тот берег и навсегда распрощаться с пустыней.
БУЭНОС-АЙРЕС, СЕНТЯБРЬ
Я получил от Франческо денежный перевод — мою долю от продажи шкурок. К переводу Франческо приложил письмо, в котором он с величайшей точностью и тщательностью сообщал мне о расходах, ценах и окончательной выручке.
Этот год оказался урожайным на лисиц, и Франческо пришлось продавать их шкурки по совершенно мизерным ценам. И все же после продажи всех шкурок набралась изрядная сумма. Моей доли мне хватило бы на то, чтобы продержаться несколько месяцев, если я сразу же не подыщу себе работу в городе.
Франческо писал, что будущей зимой мы отправимся в новое путешествие, по новому маршруту.
Он очень рассчитывает на меня.
Такие люди, как Франческо, встречаются только раз в жизни.
Если бы их было больше, мир выглядел бы куда лучше.
Настоящие трампеадоры постепенно исчезают так же, как звери, на которых они охотятся, как милая их сердцу бродячая жизнь, одиночество, покой, все эти незаметные, маленькие радости, воспеть которые способен лишь поэт.
Адиос, Франсиско!
Я больше не смогу вернуться в горы и уже никогда не буду преследовать гуанако и водить каноэ, хотя частица моей души навсегда осталась на рио Лимае, чтобы внимать молчанию пустыни.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Следуя по страницам книги Антонио Арлетти за двумя охотниками, странствующими по безлюдной и дикой патагонской реке, как-то не сразу проникаешься истинным духом и смыслом их путешествия. Вначале кажется, что перед тобой развертывается умелое описание обычного путешествия небогатых жизнерадостных туристов и охотников, бодро преодолевающих трудности пути, отдыхающих на лоне природы и постреливающих дичь. И правда, книга насыщена описаниями почти незнакомой нам природы, известной большинству русских читателей лишь по «Детям капитана Гранта» Жюля Верна, множества необычных приключений и встреч; все пронизано жизнеутверждающим юмором... Однако главный смысл книги, ее идея, на мой взгляд, не в этом.
Перевертывая последние страницы и заканчивая путешествие, совершенное вместе с охотниками, с которыми успел сжиться, я, так же как и автор, почувствовал вдруг острую тоску, словно расставался с чем-то привычным и дорогим.
После нескольких месяцев,